Этот материал является частью партнерства с изданием OC Media. Оригинал на английском языке вы можете прочитать здесь.
Хамбор Манкиев, отец 21—летней Айны Манкиевой из Ингушетии, рассказал журналистам Telegram—канала Ostorozhno, Media, что он использует свои связи в правоохранительных органах, чтобы найти свою дочь и вернуть ее обратно.
«Я не знаю, дома она или нет. Проводится проверка по уголовному делу. Все взаимосвязано. Ее искали долгое время. Она сбежала от нас очень давно, около шести или семи месяцев назад. Мы подали заявление о пропаже человека», — сказал Хамбор в интервью.
Айна Манкиева была задержана в Москве в ночь на 15 января по подозрению в краже, но позже покинула ОВД «Свиблово» в сопровождении адвоката. Она подала заявление с просьбой возбудить уголовное дело против своих родственников в связи с домашним насилием и просила не возвращать ее к ним, опасаясь за свою безопасность.
Манкиев подчеркнул, что причины, по которым его дочь ушла из дома, ему неизвестны.
«Мы поссорились? Нет, мы не поссорились, я ничего не делал, не бил ее. Наверное, она что-то натворила. Она медленно—медленно что-то готовила, кто-то ей помогал. Вы растили свою дочь, заботились о ней, а она ушла из дома. Вы бы искали ее или сидели сложа руки? Вот почему мы ищем нашу дочь», — сказал Манкиев.
Он подчеркнул, что он и его семья принимают все возможные меры, чтобы вернуть ее.
«Мы работаем, власти работают. Задействовано много людей — полиция, Министерство внутренних дел, Федеральная служба безопасности (ФСБ), прокуратура. Хотя без нас ничего не предпринимается, нас будут держать в курсе. Они часто звонят нам, часто приезжают сюда, фотографируют, снимают видео. Посмотрим, что они там делают. Говорят, рано или поздно мы ее найдем», — сказал Манкиев.
Манкиев утверждал, что семья обеспечила его дочери все условия для жизни и образования и «обращалась с ней очень бережно».
По его словам, для нее все покупалось, о ней заботились и все для нее делалось. После школы ее «отправили в колледж, чтобы она стала образованным человеком«. «Чтобы зарабатывать деньги, чтобы просто жить счастливо. Мы купили ей квартиру, сделали ремонт», — сказал Манкиев.
Он также выразил уверенность в том, что кто-то мог «завербовать» молодую женщину, хотя и не уточнил, для чего, по его мнению, она была завербована.
«Она жила в комфорте, у нее было все. Она сбежала с кем-то, я не знаю. Но главное — кто ее завербовал, кто это сделал, кто ее подготовил, я хочу найти преступника. Это разрушает семьи. Без матери, без отца, без братьев, без сестер — никто не может быть счастлив», — сказал Манкиев.
«Я найду их любой ценой. Для этого власти работают на самом верху, вплоть до Государственной Думы. Мы не оставим это нерешенным», — добавил он.
Ранее Манкиев был признан виновным в попытке продажи двухлетнего приемного ребенка и получил условный срок, несмотря на то, что обвинение предусматривало максимум десять лет тюремного заключения.
По словам Манкиевой, ее семья принадлежит к религиозно—общинной группе баталхаджи, члены которой практикуют строгий контроль над членами семьи, ранние браки и ограничивают возможности для получения образования девочками. Манкиева выразила обеспокоенность тем, что родственники и члены общины могут разыскивать ее или причинить ей вред.
«Я думаю, что меня будет искать весь вирд (все родственники), который располагает обширными ресурсами и связями, и у каждого человека в вирде есть незарегистрированное огнестрельное оружие. Кроме того, вирд осуществляет строгий контроль и обращение с детьми, допускает ранние браки девочек (с 13 лет) и редко позволяет девочкам учиться даже до девятого класса», — сказала Манкиева.
Ранее дело Манкиевой привлекло внимание российского депутата Владислава Даванкова. 15 января он заявил, что готовит «обращение» к министру внутренних дел Владимиру Колокольцеву с просьбой не допустить, чтобы Манкиева снова была задержана полицией и вынуждена вернуться домой.
Даванков объявил, что в связи с делом Манкиевой его партия «Новые люди» внесла в нижнюю палату парламента законопроект о защите от домашнего насилия.
«Мы внесли в Государственную Думу законопроект, который запретит возвращать людей в их родной регион, если им грозит опасность. Если задержанный утверждает, что он может столкнуться с насилием дома, его перевод разрешен только после проверки заявления и с согласия суда», — написал Даванков в своем Telegram—канале.
