Иранская война подошла к красной черте в Красном море, за которой — полномасштабный мировой энергетический кризис. На этих выходных, через месяц после начала войны Израиля и США с Ираном, иранские союзники в Йемене — хуситы — наконец вступили в конфликт. Пока что выстрелы предупредительные, по Израилю, но хуситы способны в любой момент перейти к атакам на саудовский трубопровод и нефтяной терминал в Красном море.
После того как Иран перекрыл Ормузский пролив — единственный выход из Персидского залива, через который на мировой рынок поступало 25% всей нефти и 20% газа, — Саудовская Аравия перебросила примерно треть этих поставок на обходной маршрут по нефтепроводу к терминалу Янбу-эль-Бахр на побережье Красного моря, который она построила еще в ирано-иракскую войну конца прошлого века.
Благодаря этим поставкам цены на нефть в мире выросли совсем не так, как могли бы, поскольку Саудовская Аравия — один из трех крупнейших экспортеров нефти в мире наряду с США и Россией — до войны поставляла через Ормуз около 6 млн баррелей в сутки, а теперь вывозит по альтернативному маршруту через Янбу-эль-Бахр 5 млн баррелей.
Большая часть этой нефти направляется в Азию через Баб-эль-Мандебский пролив, который два года блокировали хуситы — шиитская группировка в Йемене, контролирующая значительную часть страны и получающая поддержку из Ирана.
Однако с начала иранской войны хуситы вели себя тихо. Но на этих выходных начали стрелять. В субботу утром они запустили ракеты в сторону Израиля и пригрозили продолжить, пока идет война с Ираном. Вечером атака повторилась.
Аналитики ожидали такого развития событий. Они отмечали, что хуситы, несмотря на поддержку Ирана, — самостоятельная сила, и вступят в бой только когда Ирану будет угрожать смертельная опасность.
«Любое решение о вступлении в войну будет принято в Йемене, а не в Тегеране», — отмечала еще до первых хуситских атак Эйприл Элли, эксперт по Йемену из Вашингтонского института.
Она предсказывала, что хуситы могут начать с атак на Израиль, что в итоге и случилось. А потом пойти по пути эскалации.
«В условиях, когда Ормузский пролив закрыт, атаки на судоходство в Красном море позволят хуситам оказать максимальное давление на мировые энергетические рынки и судоходство. И особенно с учетом того, что Саудовская Аравия увеличивает экспорт нефти через Красное море в обход Ормузского пролива».
«Исламская революция с йеменским колоритом»
Решение хуситов вступить в войну совпало с прибытием на Ближний Восток из Японии американского десантного корабля USS Tripoli, на борту которого тысячи морских пехотинцев, потенциально способных оккупировать остров Харк — нефтяное сердце Ирана.
После месяца безрезультатных попыток добиться от Исламской республики капитуляции бомбардировками и убийствами ее руководителей, Дональд Трамп продолжает утверждать, что не собирается отправлять в Иран солдат для наземной операции. Оговариваясь при этом, что даже если бы и собрался, никому бы заранее не сказал.
Теперь на американскую эскалацию ответили от имени Ирана его соратники по мировой исламской революции — хуситы. Их угроза серьезна — если Саудовская Аравия потеряет и альтернативный маршрут экспорта нефти, дефицит в мире приведет к новому скачку цен, которые и без того взлетели с 70 до 115 долларов за баррель за месяц войны.
«Хуситы объявили, что вступили в войну, и выпустили ракету по Израилю. Но главное — станут ли их целями нефтяной терминал Янбу-эль-Бахр или саудовский трубопровод „Восток-Запад“. Если он остановится, дефицит нефти увеличится с 10 млн до 13–15 млн баррелей в сутки», — подсчитал Грегори Брю, эксперт по нефти и Ирану из Eurasia Group.
Не только хуситы, но и Иран в теории способны разрушить и нефтепровод, и терминал, предупреждает Майк Найт, эксперт по Йемену из Вашингтонского института ближневосточной политики с 20-летним опытом советника по безопасности в регионе.
Но даже если у Ирана не получится и он проиграет войну с Америкой и Израилем, хуситы останутся дестабилизирующей силой в регионе, уверен он.
«Я серьезно изучал хуситов с 1980-х годов, — сказал он. — Они — истинные приверженцы исламской революции и вполне могут пережить и Исламскую республику Иран, и ливанскую „Хезболлу“ и стать последним оплотом исламской революции, с йеменским колоритом».