С конца марта Украина наносит массированные удары по крупным военным и промышленным объектам в глубине российской территории.
На данный момент есть подтвержденные сообщения о сильных пожарах и разрушениях как минимум в девяти локациях — в Приморске, Усть-Луге и Киришах Ленинградской области, Ярославле и Уфе, в Кстове Нижегородской области, Тольятти и Чапаевске Самарской области, Новороссийске.
Большинство пострадавших объектов связано с нефтяной инфраструктурой, некоторые из них были атакованы по несколько раз — так, по морскому порту и нефтяному терминалу в Усть-Луге было нанесено пять ударов.
Кроме того, в ночь на 8 апреля украинские беспилотники атаковали нефтебазу в Феодосии в аннексированном Крыму.
Чем вызван столь резкий рост результативности украинских ударов?
Слухи об альтернативных маршрутах
В понедельник 6 апреля представитель МИД РФ Мария Захарова пригрозила принять меры против стран Балтии, фактически обвинив их в решении открыть воздушное пространство для пролета украинских беспилотников, атакующих российские объекты.
«Этим странам было сделано соответствующее предупреждение. Если у этих режимов, этих стран, ума хватит, они прислушаются. Если нет, будут дело иметь с ответом», — цитировал Захарову «Интерфакс».
Но откуда взялись эти заявления о якобы открытии неба для украинских дронов странами Балтии?
Минобороны России, чьи средства слежения могут контролировать воздушное пространство сопредельных стран — членов НАТО, подобных заявлений не делало.
Одним из первых с таким утверждением выступило российское провластное издание Mash. В сообщении от 26 марта оно заявило, что дроны ВСУ стали летать к российским портам на Балтике не привычным коротким путем — с севера Черниговской или Сумской области, вдоль границы с Беларусью, Латвией и Эстонией, а якобы по альтернативному маршруту — через Польшу, Латвию, Литву, Эстонию и акваторию Балтийского моря.
Никаких подтверждений сказанному или ссылок на источник Mash не привел. Тем не менее многие z-блогеры подхватили эту версию и стали распространять ее, словно доказанный факт. А 31 марта слухи прокомментировал пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. Не оценивая достоверность информации, он сказал, что если страны ЕС предоставят свое воздушное пространство для нанесения ударов по территории России, это вынудит Москву принять ответные меры.
Власти Латвии и Эстонии заявили, что информация российских СМИ о разрешении на использование воздушного пространства украинскими БПЛА не соответствует действительности. «Такими заявлениями Россия демонстрирует свою слабость и пытается отвлечь внимание от того факта, что она не в состоянии оградить себя от успешных украинских контратак, направленных на российскую инфраструктуру вдоль побережья Балтийского моря», — отреагировал МИД Латвии.
Балтийские страны и не могли в одностороннем порядке выдать разрешение на пролет украинских дронов, пишет телеграм-канал «Можем объяснить»: их небо охраняет специальная миссия НАТО — Baltic Air Policing, в ней участвует боевая авиация разных стран-членов Альянса.
«То есть разрешение на пролет украинских БПЛА требовало бы согласований на уровне всего НАТО — такое решение нельзя принять тайно и оно не осталось бы незамеченным западными СМИ», — отмечает издание.
Вызывает большие сомнения и возможность незаметного для жителей сразу четырех стран Восточной Европы пролета такого большого количества дронов — в атаках на российские порты и нефтезаводы в Ленинградской области участвовали сотни боевых единиц.
Вместе с тем во время украинских атак несколько беспилотников упали на территории стран Балтии. Власти Латвии и Эстонии заявили, что они залетели с российской стороны, то есть двигались по своему обычному маршруту. Еще два украинских дрона упали в Финляндии, примерно в 100 км от атакованного Приморска.
Украинцы принесли извинения, но выдвинули свою версию произошедшего: якобы Россия намеренно перенаправляет дроны в страны Балтии с помощью средств радиоэлектронной борьбы. Москва это утверждение не комментировала.
Дальние дроны могут отклоняться от цели не только под воздействием РЭБ, но и по другим техническим причинам. При массированных налетах это происходит довольно часто.
Во время ударов по западной Украине российские БПЛА не раз залетали в Польшу, Молдову и Румынию. В сентябре 2025 года командование НАТО поднимало в воздух истребители и вертолеты для отражения налета почти двух десятков дронов, вторгшихся в воздушное пространство Польши.
После инцидентов с падениями украинских дронов Эстония рекомендовала Украине изменить маршруты полетов для атак на российские порты — выбирать коридоры подальше от эстонских границ.
«Одними только „Панцирями“ не отделаться»
Версией об использовании ВСУ обходного маршрута дроновых атак по российским портам и НПЗ в Ленинградской области объяснить рост их результативности не получается: чувствительные удары следуют и по другим стратегическим объектам на разных направлениях.
Как видно по карте, переложить ответственность на третьи страны за неудачи российской ПВО в центральных регионах, на Кубани и в Приволжье будет проблематично. И это лишь крупные предприятия, атакованные с 22 марта. Сообщения о взрывах и пожарах в России и на оккупированных украинских территориях стали регулярными.
«Противник, выбивая средства ПВО/ПРО в Крыму, переходит на наши ракетные комплексы и РСЗО. Активность его БПЛА и БЭКов (безэкипажных катеров — Би-би-си) в Черноморской акватории не ослабевает — под ударами и Севастополь, и Новороссийск. И также идет охота на одиночные — гражданские (!) корабли в Черном и Азовском морях. Черноморский флот регулярно атакуют в гаванях, и исходя из этого можно констатировать, что инициатива в акватории, увы, нам не принадлежит», — пишет российский военкор, главред издания «Сегодня.ру» Юрий Котенок.
Удары с использованием дальнобойных БПЛА наращивают и российская, и украинская армии. При этом в марте, согласно официальным данным воюющих сторон, Украина впервые за годы войны превзошла Россию по числу запущенных дальних беспилотников.
Воздушные силы Украины заявили, что в течение марта было сбито 5 833 российских беспилотника из 6 462 запущенных. А Минобороны России отчиталось о 7 347 сбитых украинских дронах, число запущенных/пропущенных российское оборонное ведомство, как обычно, не указывает.
На фоне роста количества атак украинских дронов deep-strike российские военные блогеры все чаще стали жаловаться на нехватку противоракет.
«Нагрузка на ПВО будет лишь расти, и одними только „Панцирями“ в условиях дефицита ЗУР (зенитных управляемых ракет — Би-би-си) не отделаться. Конфликт на Ближнем Востоке показал, к чему может привести надежда лишь на ЗРК (зенитно-ракетные комплексы — Би-би-си)», — указывают авторы канала «Свидетели Байрактара», корреспонденты «РИА Новости» Сергей Шилов и RT Александр Харченко.
«Противник добился в феврале–марте немалых успехов в уничтожении нашей ПВО», — признает руководитель Координационного центра помощи Новороссии Александр Любимов.
«Как следствие предыдущего фактора (но не только его) ему удалось нанести ряд очень серьезных ударов (Воткинский завод, Приморск, Усть-Луга, Кириши, Выборг и так далее). Ударами по Усть-Луге и Приморску он в значимой степени обнулил наши выгоды от повышения мировых цен на нефть. Программа производства ракет и дронов дальнего радиуса действия у врага стремительно развивается, и через несколько месяцев ракетные удары, подобные Приморску, станут куда более частыми», — прогнозирует Любимов.
«Последний рубеж обороны — он же и единственный»
Сейчас Россия столкнулась с теми же трудностями, что и Украина два-три года назад, когда налеты российских «шахедов» стали массовыми. Уже тогда было понятно, что одними зенитными ракетами проблему не решить — они слишком дороги, ни одна страна мира не производит их в количестве, достаточном для отражения атак тысяч сравнительно дешевых беспилотников.
К тому же из-за стремительного развития производства украинских дронов, особенно средней дальности действия — до 200 км, российская армия несет большие потери фронтовой и прифронтовой ПВО, она вынуждена постоянно перебрасывать радары и пусковые установки поближе к зоне конфликта для прикрытия войск, оголяя защиту неба на других участках.
В России огромная территория и очень много крупных уязвимых объектов. Судя по тому, что пишут z-блогеры, России критически не хватает сил и средств в глубине ее территории, сплошная зональная ПВО фактически отсутствует, относительно надежно прикрываются лишь наиболее крупные административные центры и важные военные и промышленные объекты.
Но и плотная объектовая ПВО не всегда способна отразить массированный налет.
«Основная трудность, с которой столкнулись наши там (в Усть-Луге — Би-би-си) — это отражение атак со стороны залива. Поскольку объекты находятся прямо на берегу, при такой траектории последний рубеж обороны (прямо на территории объекта) — он же и единственный, — пишет российский военный политтехнолог Алексей Чадаев. — Так не должно быть. Простое правило: оборона должна быть эшелонированной, рубежей должно быть больше одного. Нужен хотя бы плюс еще один вынесенный вперед, пусть на несколько километров, рубеж обороны».
С аналогичными проблемами сталкиваются черноморские портовые города — украинская Одесса, российский Новороссийск — при атаках БПЛА со стороны моря.
«Дальнолеты — штуки большие, тяжелые и недешевые. И при этом даже сейчас достаточно уверенно сбиваются дронами-перехватчиками — куда более компактными, шустрыми и дешевыми. И все, что надо для того, чтобы ущерб от налетов свести к минимуму — делать много перехватчиков, тренировать МОГи (мобильные огневые группы — Би-би-си) и наладить наконец своевременное обнаружение, как это давно уже сделал противник со своей сетью акустических датчиков», — советует российский эксперт.
Не идеальный, но лучший
Как и Украина, Россия разрабатывает и внедряет дроны-перехватчики. Самый распространенный из стоящих на вооружении российской армии — портативный дрон «Ёлка» — имеет неоднозначную репутацию.
С одной стороны, о нем можно найти много хвалебных отзывов: «Елку» нельзя назвать идеальной, но на данный момент это лучшее антидроновое устройство, применяющееся на фронтах СВО», — пишет российский пропагандист Дмитрий Стешин.
С другой стороны, по мнению экспертов, российская разработка значительно отстает по характеристикам и качеству от украинских моделей.
«На деле дрон чувствителен к погодным условиям, перепадам температуры, захватывает цель, двигающуюся со скоростью до 80 км/ч, в противном случае его применение вдогонку имеет низкую результативность. Кроме того, дрон не любит дождь, сильный ветер, сумерки и яркий солнечный свет. Про использование дрона ночью и вовсе речи не идет», — указывает украинский военный эксперт Александр Коваленко.
В числе недостатков «Елки» отмечают также ограниченный сектор выстрела, невысокий ресурс батареи, небольшую высоту и дальность полета, долгое время подготовки к пуску.
Доработки российских противодроновых вооружений идут, но этого мало. Для успешного противодействия украинским ударным беспилотникам требуются не только перехватчики, но и сопутствующее оборудование — надежная связь, системы обнаружения и слежения, акустические датчики, выявляющие БПЛА и ракеты (у Украины их уже десятки тысяч), пункты управления FPV-дронами.
На создание такой военной инфраструктуры требуются значительные ресурсы и, главное, — время.
*Власти России включили Илью Абишева в реестр «иностранных агентов». Би-би-си категорически возражает против этого решения и оспаривает его в суде.