Украинско-польские отношения оказались на грани глубочайшего кризиса за последние годы. Символом этого кризиса может считаться инициированная президентом Польши Каролем Навроцким процедура лишения Владимира Зеленского высшей государственной награды Польши — Ордена Белого Орла.
Началось все после того, как Владимир Зеленский присвоил одному из элитных подразделений ВСУ почетное наименование «имени Героев Украинской повстанческой армии».
В Варшаве этот скандал быстро стал элементом напряженной внутриполитической дискуссии, в Киеве — вызвал опасения из-за крайне неудачного тайминга: он может значимо повлиять на ход большой конференции о восстановлении Украины, которая пройдет в конце июня в Гданьске.
Если нынешний пожар в украинско-польских отношениях не будет оперативно потушен, антиукраинская риторика может вновь стать одной из главных тем в критически важной кампании к парламентским выборам в Польше, запланированным на следующий год.
Подписывайтесь на наши соцсети и рассылку
Центр имени УПА
Существует по меньшей мере три причины, по которым дежурное решение президента Украины от 26 мая о названии Отдельного центра «Север» Сил специальных операций ВСУ вызвало в Польше даже не бурю, а цунами возмущения.
Во-первых, речь здесь идет о кардинально различном восприятии Украинской повстанческой армии в Украине и в Польше.
В мейнстриме украинской историографии УПА — это подпольная военная организация, действовавшая с 1942 года как минимум до конца 1950-х, главной целью которой было создание независимого украинского государства. Стремясь реализовать эту цель, можем мы прочитать в украинских учебниках истории, в годы Второй мировой войны бойцы УПА боролись на два фронта — и против нацистских войск, и против советской армии.
Борьба против превосходящих по силам противников в украинском национальном мифе «рифмуется» с нынешней войной, развязанной против Украины Россией. Красно-черные флаги УПА на протяжении последних лет стали неформальным символом украинской армии, их часто можно видеть на могилах бойцов ВСУ, погибших на фронте.
Для польской историографии (и, что немаловажно, для абсолютного большинства жителей Польши) УПА — это преступная организация, ответственная за массовые убийства этнических поляков на Волыни в 1943–45 годах.
События на Волыни — это не только колоссальная травма польской коллективной памяти, это еще и события, о которых в социалистической послевоенной Польше говорить было запрещено. Более того, для многих поляков символическое облегчение, освобождение от «груза Волыни» не состоялось до сих пор: тысячи жертв тех событий и сегодня покоятся в безымянных братских могилах, без христианского погребения.
Память о тех событиях или даже мифология, сформировавшаяся вокруг них, в Польше превратилась в элемент внутренней политики, использующийся, прежде всего, правыми и крайне правыми партиями, которые сейчас набирают силу во всем мире и в Польше в частности. Неудивительно, что больше всего возмущения решение Зеленского вызвало именно на этом фланге политического спектра.
Вторая причина состоит в том, что в Украине и Польше кардинально по-разному оценивают сами события 1940-х годов на Волыни.
В украинской историографии эта тема считается сложной и неоднозначной. Украинские исследователи — в частности, Владимир Вятрович, — называют эти события украинско-польской войной, которая развернулась в рамках «большой» Второй мировой войны. В Украине события на Волыни связывают с антиукраинской национальной политикой предвоенной Польши, говорят о роли, которую могли играть в тех событиях советские спецслужбы. В конце концов, говорил Би-би-си тот же Вятрович, за последние годы в открывшихся материалах архивов было найдено огромное количество документов, способных в корне изменить наше представление о событиях на Волыни. В любом случае, считает большинство украинских исследователей, нет оснований обвинять всю структуру УПА в массовых убийствах поляков.
В свою очередь, в польской историографии, в коллективном сознании поляков исторический нарратив относительно событий на Волыни уже давно полностью сформирован, в нем нет никаких белых пятен или противоречий.
Эти события здесь называют «Волынской резней», считая принятый в Украине термин «Волынская трагедия» слишком слабым. В 2016 году польский Сейм принял решение, которым признал их геноцидом поляков, и именно эта точка зрения доминирует в польском общественном мнении.
Еще с начала 90-х польские историки заявляют, что на Волыни были зверски убиты примерно сто тысяч поляков, и не принимают во внимание сомнения украинских историков в этой цифре.
Любые сомнения в этой стройной системе взглядов и убеждений, озвученные вслух, могут быть восприняты в Польше как глумление над памятью о трагически погибших соотечественниках, и реакция на них всегда была и остается чрезвычайно жесткой.
Наконец, в-третьих, все это накладывается на нарастание антиукраинских настроений, которое уже не первый год наблюдается в Польше. Можно долго рассуждать о причинах этой тенденции, но она объективно существует, и решение о наименовании подразделения ССО по факту стало искрой, высеченной Владимиром Зеленским на берегу моря, заполненного бензином.
Что сделал Зеленский
В Киеве и в Варшаве расходятся во мнениях о том, как интерпретировать решение Зеленского, запустившее нынешний кризис.
Украинское объяснение — чистая иллюстрация принципа «бритвы Оккама», по которому правильным считается самое простое объяснение свершившегося события.
Источники Би-би-си в украинской власти утверждают: предложения присвоить тем или иным подразделениям почетные наименования выдвигают сами бойцы этих подразделений, и полномочия президента в таких случаях состоят лишь в том, чтобы указом утвердить такие инициативы. За годы полномасштабного вторжения Зеленский подписал десятки таких указов, продолжает собеседник Би-би-си.
Вот и сейчас, когда бойцы центра «Север» ССО захотели, чтобы их подразделение называлось «имени Героев УПА», президент Украины выступил в роли скорее бюрократа, который по случаю Дня Сил специальных операций утвердил это желание, чем визионера, который таким образом послал некий сигнал польским партнерам.
Вместе с тем, авторитетное киевское издание «Европейская правда», описывая эту ситуацию, рассказывает о неформальной договоренности, к которой в начале 2022 года якобы пришли Владимир Зеленский и тогдашний президент Польши Анджей Дуда. Она состояла в том, что Киев должен был отказаться от глорификации отдельных связанных с УПА лиц, которых в Польше считают ответственными за события на Волыни, а Варшава, в свою очередь, воздержится от требований к украинской власти осудить все украинское националистическое движение межвоенного периода и Второй мировой войны в целом.
До поры до времени, пишет «Европейская правда», эта договоренность соблюдалась. Однако ситуация изменилась в прошлом году, когда президентом Польши был избран Кароль Навроцкий, историк националистических взглядов, уже на этапе избирательной кампании активно использовавший антиукраинские нарративы. К примеру, последний митинг перед днем голосования он провел в селе Домостава на фоне противоречивого монумента жертвам «Волынской резни», главным элементом которого является скульптура польского ребенка, проткнутого насквозь вилами в форме трезубца.
После победы на выборах Навроцкий заявлял о том, что без решения сложных исторических вопросов Украина не заслуживает места в семье европейских народов. В прошлом году он вносил в Сейм законопроект, вводящий уголовную ответственность за демонстрацию символики УПА и приравнивающий идеологию «бандеризма» к нацизму и коммунизму.
Вероятно, резюмирует «Европейская правда», эти заявления и события убедили Киев в том, что понятийная договоренность между Дудой и Зеленским перестала действовать.
В польском медиапространстве доминирует точка зрения о том, что Зеленский прекрасно знал, какую реакцию в Польше вызовет подписание им этого указа, однако он сознательно пошел на это в расчете на получение неких внутриполитических выгод.
Каких именно? В польских СМИ звучат несколько объяснений возможных замыслов Зеленского. Кто-то считает, что таким образом он пытался отвлечь внимание украинского общества от коррупционного скандала, в котором был замешан бывший глава его офиса Андрей Ермак. Кто-то говорит, что таким образом он заигрывал с крайне правыми избирателями Украины — что выглядит странным объяснением, учитывая, что в ближайшем будущем в Украине вряд ли будут проведены какие-либо выборы. Кто-то считает, что так Зеленский хотел бы пробудить у молодых жителей западной Украины желание мобилизоваться в ВСУ. Еще кто-то — что в преддверии важных голосований украинского парламента об условиях получения западного финансирования Зеленский хотел заручиться поддержкой партии Петра Порошенко.
Все эти объяснения выглядят скорее нерелевантными с точки зрения киевского наблюдателя, однако в любом случае обсуждение причин и последствий решения Зеленского на протяжении прошлой недели стало темой номер один польских околополитических дискуссий.
«Не эмпатия, а жесткий бизнес»
Важно понимать — решение Зеленского осудили все заметные политические силы Польши, различия состоят только в градусе их заявлений по этому поводу и в ответах на вопрос, что делать в этой ситуации дальше.
На одном полюсе — позиция премьер-министра Дональда Туска, поначалу сводившаяся к тому, что Зеленский, конечно, принял ошибочное решение, но стратегически Украина и Польша остаются партнерами, поэтому им стоит обсудить произошедшее, извлечь из него необходимые уроки и двигаться дальше.
«Если мы будем ссориться о прошлом, кто-то другой победит в борьбе за будущее. Президент Украины наконец должен это понять. Польши тоже. Пока не будет слишком поздно», — написал Туск на платформе Х.
Впрочем, после того, как стало понятно, что обсуждение нового названия центра «Север» становится главной темой польского информационного поля, позиция Туска несколько ужесточилась. Он заявил, что раз Украина создала нынешнюю проблему, то это она и должна в первую очередь искать выход из нынешней ситуации. А если польская точка зрения не будет воспринята Киевом, продолжил Туск, «решающим в наших отношениях станет не эмпатия, а жесткий бизнес».
Изменить позицию Туска могли жесткие заявления с другого полюса этой дискуссии — со стороны представителей правых и крайне правых политических сил, потребовавших, в частности, отставки временного поверенного Польши в Украине Петра Лукасевича и призывающих Варшаву к решительным действиям в ответ на недружественный акт Киева. Вице-спикер Сейма Кшиштоф Босак заявил, что Польша могла бы прекратить оплату терминалов Starlink, использующихся Вооруженными силами Украины, или на какое-то время приостановить работу аэропорта в Жешуве, служащего главным хабом для поставки западной военной помощи Украине.
А президент Кароль Навроцкий резко осудил решение Владимира Зеленского и в очередной раз заявил, что Украина, «прославляющая убийц из УПА», ментально не готова быть членом семьи европейских народов.
Отдельно Навроцкий пообещал вынести на обсуждение капитулы Ордена Белого орла — своеобразного попечительского совета высшей государственной награды Польши, вручаемой с начала XVIII века, — предложение лишить Владимира Зеленского этого ордена, и 8 июня реализовал свое обещание.
После продолжавшегося несколько часов обсуждения пресс-секретарь Навроцкого Рафал Леськевич заявил, что капитула «высказала свое мнение» относительно лишения Зеленского ордена, а окончательное решение по этому поводу президент Польши примет «в надлежащее время».
Отказ от публикации конкретного решения капитулы может объясняться как стремлением Навроцкого отобрать у Зеленского орден в наиболее подходящий с точки зрения политического пиара момент, так и попыткой польского президента «откатить» ситуацию назад, хотя в то, что Навроцкий откажется реализовывать собственную инициативу, верится несколько меньше.
В любом случае, решение капитулы не является обязательным для исполнения президентом, оно носит лишь рекомендательный характер. Большинство польских юристов убеждены, что для того, чтобы решение о лишении Зеленского Ордена Белого Орла вступило в силу, его должен подписать премьер-министр Дональд Туск, позиция которого по этому поводу остается неизвестной.
Дошкольник или лидер?
С одной стороны, ряд польских политиков и наблюдателей критично относятся к инициативе Навроцкого, считая ее излишне эмоциональной, если не истеричной, а также ставящей под сомнение престиж польских государственных наград.
Критики президента напоминают, что кавалерами ордена Белого орла до сих пор являются, например, Бенито Муссолини или встречавшийся на днях с Владимиром Путиным экс-канцлер ФРГ Герхард Шредер, и отбирать орден у Владимира Зеленского, оставляя его этим деятелям — это демонстрация как минимум непоследовательности в политике присвоения госнаград.
Политические оппоненты Навроцкого говорят, что его инициатива сужает поле для дальнейшего маневра Польши в отношениях с восточным соседом и не учитывает стратегического интереса Варшавы — победы Украины над российским агрессором, да и вообще свидетельствует о слабости Навроцкого как государственного деятеля.
«Президент Навроцкий повел себя как дошкольник, который первым прибежал на детскую площадку, чтобы помочиться в песочницу… Он хотел первым обозначить свое присутствие в этой политической дискуссии. Что ж, пожалуйста, пускай, это его проблема. Мы видим, что он теряет поддержку», — образно прокомментировал поведение Навроцкого госсекретарь канцелярии премьер-министра Польши Якуб Стефаняк в эфире «Польского радио».
С другой стороны, если речь идет о широких народных массах, то данные соцопросов показывают, что большинство поляков (52%) выступают за лишение Зеленского ордена Белого орла. Против такого решения высказываются 24% респондентов, столько же не имеют позиции по этому вопросу. В мире соцсетей ситуация еще более однозначна: исследование центра Res Futura показало, что больше 90% комментариев относительно этой истории являются негативными по отношению к Владимиру Зеленскому и позиции Украины.
В любом случае, варшавские наблюдатели единодушны: сейчас Кароль Навроцкий использует эту ситуацию в качестве карты во внутриполитической борьбе, разворачивающейся на польской политической сцене.
Польская политика уже давно функционирует в режиме подготовки к критично важным парламентским выборам, запланированным на следующий год. Ключевые соперники на них — это, с одной стороны, лагерь нынешнего премьера Дональда Туска, пребывающий в идейном кризисе и на глазах теряющий поддержку избирателей, с другой — разношерстный лагерь правых и крайне правых сил, в котором кипит борьба за лидерство.
«Ход орденом» со стороны Навроцкого позволяет ему и потенциально ослабить главного соперника — премьера Туска, и упрочить свою позицию в правом политическом лагере.
Как только указ Кароля Навроцкого о лишении Владимира Зеленского ордена окажется на столе у Дональда Туска, польский премьер окажется перед выбором между плохим и очень плохим вариантами действий.
Если он подпишет этот указ — наступит на горло собственной песне о необходимости сохранения стратегических отношений с Украиной, символически признает правоту Навроцкого. Не подпишет — правый политический лагерь во главе с Навроцким тут же запишет его в «пособники бандеровцев», и это тоже не самая лучшая перспектива.
Некоторые польские наблюдатели допускают, что Зеленский мог бы добровольно вернуть полякам их орден, «подсобив» таким образом Туску, — ведь тот в таком случае был бы избавлен от необходимости подписывать или не подписывать решение Навроцкого.
Во-вторых, отмечают авторы варшавского подкаста Polityka Insight Анджей Бабинский и Войцех Шацкий, инициатива Навроцкого позволяет ему сделать сильный ход в борьбе за лидерство на правом фланге политической сцены. Не секрет, что часть истеблишмента крупнейшей правой партии Польши «Право и справедливость», при поддержке которой Навроцкий избрался в президенты, занимает довольно лояльную по отношению к Украине позицию, отдавая ей должное как минимум в обеспечении безопасности Польши.
Конфронтационная политика Навроцкого по отношению к Киеву передвигает центр тяжести правого фланга политической сцены скорее к ультраправым, украиноскептическим позициям, более близким президенту лично. Вероятно, нынешние события несколько ослабляют партию «Право и справедливость», обреченную поддерживать инициативы «своего» президента, однако Навроцкого, выстраивающего сейчас собственную политическую идентичность, это, похоже, мало беспокоит.
В конце концов, добавляют наблюдатели, относящиеся скорее к критикам Навроцкого, история с орденом позволяет главе государства отвлечь общественное внимание от годовщины победных для него выборов и сопутствующим ей размышлениям о том, что больших политических успехов он на своем посту, по большому счету, не достиг.
Что дальше?
В Украине за развернувшимся в польском информпространстве медиашквалом наблюдают с легким недоумением.
С одной стороны, историки занимающиеся исследованиями событий на Волыни, УПА и польско-украинских отношений, замечают, что польское государство глорифицирует значительное количество исторических личностей и формаций, которые в украинской историографии имеют однозначно негативные коннотации, но Киев не считает уместным заявлять о демаршах по этому поводу.
Более прагматично настроенные комментаторы обращают внимание на крайне неудачный тайминг взорвавшегося скандала. Буквально на следующей неделе страны ЕС должны принять принципиальное решение об открытии для Украины первого кластера переговоров о ее присоединении к Евросоюзу. Решение об этом должно быть принято единогласно — но, вероятнее всего, нынешний скандал не станет для Варшавы поводом затормозить старт реального движения Киева к ЕС.
Но в конце июня в польском Гданьске — к слову, в родном городе Кароля Навроцкого — должна состояться большая конференция по восстановлению Украины, участвовать в которой будет украинское правительство едва ли не в полном составе, высшие чиновники Евросоюза, высокопоставленные представители европейских стран.
Подготовка к этой конференции — это сейчас не только флагманский, имиджевый проект польского МИД, но и реальная возможность для Варшавы показать свою значимость в качестве регионального лидера, заявить о претензиях на ключевую роль в будущем восстановлении украинской экономики и инфраструктуры, наладить связи для польского бизнеса, крайне заинтересованного во вхождении на украинский рынок.
Нынешний инцидент может как минимум испортить общую атмосферу гданьской конференции, а это, прагматично говоря, не пошло бы на пользу ни украинской власти, ни польской.
В понедельник польские СМИ написали о тревожных сигналах, поступающих из Киева: якобы в нынешних обстоятельствах Владимир Зеленский может посчитать нецелесообразным свое участие в гданьской конференции. Его отказ от приезда в Гданьск автоматически понизит статус этого мероприятия и станет чувствительным ударом по амбициям Польши.
Вероятно, прозондировать почву на месте, оценить возможности разрешения конфликта или по крайней мере ненанесения двусторонним отношениям дальнейшего ущерба было главной целью состоявшегося на минувших выходных визита главы Офиса президента Украины Кирилла Буданова в Варшаву.
Наблюдатели в Украине и Польше оценивают этот визит неоднозначно.
С одной стороны, варшавское издание Rzeczpospolita написало, что Буданова в Варшаве ждал холодный прием. Глава польского МИД Радослав Сикорский специально не поменял своих планов и не встретился с эмиссаром из Киева, так что Буданов провел переговоры с его заместителем. Встреча Буданова с министром обороны Польши Владиславом Косиняком-Камышем была «исключительно холодной», пишет Rzeczpospolita.
По данным портала WP.pl, ни одна из встреч, проведенных делегацией во главе с Будановым, не принесла конкретных результатов. «Администрация президента Зеленского прикрывается солдатами, но это не поможет», — цитирует портал источника, осведомленного о ходе переговоров.
В свою очередь, киевское издание «РБК-Украина» со ссылкой на источник в Офисе президента Украины написало, что «в результате работы руководителя Офиса президента и всей команды наихудший сценарий удалось остановить, конечно, с учетом наших национальных интересов и с уважением к партнерам».
Тем не менее, свидетельством того, что дипломатического прорыва визит Буданова не принес, можно считать тот факт, что самолет Владимира Зеленского в воскресенье вылетел в Лондон не как обычно из аэропорта в польском Жешове, а из Кишинева.
А премьер-министр Польши Дональд Туск в посте на портале Х констатировал, что дипломатические усилия, направленные на разрешение конфликта, не дали результатов и призвал Владимира Зеленского и Кароля Навроцкого провести «прямой откровенный разговор до того, как эмоции уничтожат нашу солидарность». Предметной реакции на этот призыв пока не последовало ни из Киева, ни из Варшавы.
Поэтому перспективы дальнейшего развития ситуации остаются неопределенными. И дело тут не только в списке участников гданьской конференции или судьбе врученного Зеленскому Ордена Белого Орла. Если нынешняя динамика в отношениях между Киевом и Варшавой будет сохраняться, это может привести к тому, что украинофобия станет ключевой темой избирательной кампании к выборам в Сейм, запланированным на 2027 год, а затем и превратится в постоянный тренд польской политики. А это точно не сулит ничего хорошего ни Украине, ни Польше.
- Новый скандал между Польшей и Украиной. Варшава возмущена решением назвать в честь «Героев УПА» спецподразделение ВСУ
- Тень Волыни, угроза России. Как украинские и польские историки попробовали найти общий язык
- «Нас раздражают их флаги». Правда ли, что поляки разлюбили украинцев, и насколько серьезны разногласия