Языковой ценз в Абхазии: защита идентичности или признак кризиса?

В Абхазии – очередной виток внутриполитической суеты. С 1 января 2027 года там вступает в силу громкая поправка: от кандидатов на мартовских выборах в де-факто парламент потребуют обязательное знание абхазского языка. Казалось бы – торжество национальной идентичности. Но на деле этот «языковой ценз» обнажил серьезную проблему.

В Сухуми схлестнулись два полярных мнения. Одна часть политического спектра утверждает, что с новыми поправками Абхазия не досчитается «талантливых управленцев», чей минус лишь в том, что они не знают абхазского. Им парируют приверженцы противоположного мнения, дескать как можно строить политическую карьеру, не зная языка собственной конституции?

Но споры спорами, а на деле у Сухуми пока нет даже четких критериев, по которым будут экзаменовать кандидатов. Более того, де-факто власти еще не определились с органом, которому доверят экзамен.

А между тем, ситуация со знанием абхазского в сепаратистском регионе – предельно печальная. Изучение родного языка в Абхазии переведено на коммерческие рельсы, многочисленные центры предлагают как обучение с нуля, так и повышение уровня знаний. Как поясняют эксперты, это маркер глубокого кризиса.

Дело в том, что на сегодняшний день, по оценке абхазов, большинство жителей региона не знают родного языка, в лучшем случае они его понимают. Там работают 60 абхазских школ, но на абхазском обучение идет только до пятого класса, дальше переходят на русский. Именно русский стал главным языком чиновников и документов. Вся официальная коммуникация ведется на нем.

По мнению наблюдателей, это итог многолетней политики русификации региона, которая происходит под видом псевдонезависимости. Абхазскому обществу внушают, что союз с Россией гарантирует безопасность, развитие и сохранение собственной государственности. Однако на деле все с точностью до наоборот. По официальным данным половина бюджета оккупированного региона формируется российскими деньгами, по неофициальным – гораздо больше половины. Поэтому ключевые решения в Сухуми принимаются с позволения Москвы.

Взять хотя бы прошедшие в марте прошлого года выборы де-факто президента и то, как Кремль добился победы своего кандидата. Сначала в Москве заявили о частичном прекращении финансирования Сухуми, потом о том, что электроэнергия в регион будет поставляться по коммерческим тарифам. Вкоре появилась информация, что Москва полностью отменила финансовую поддержку. СМИ при этом нагоняли панику, трубя о том, что Россия вводит запрет на импорт абхазской продукции. И вот, когда страсти наколились до предела, угодный Москве кандидат Бадра Гунба отправился на поклон в белокаменную, якобы разрулил ситуацию и был избран.

Так что пока абхазское общество играя в независимость отвлекается на внутриполитические склоки, Кремль придерживается основного плана, мягко аннексируя регион.