По данным стороны обвинения, бывший заместитель министра экономики Ромео Микаутадзе приходил в Службу государственной безопасности (СГБ) и лично передавал деньги экс-главе ведомства Григолу Лилуашвили. Передача денег происходила непосредственно в кабинете Лилуашвили.
Об этом прокурор Мариам Бердзенишвили заявила журналистам перед началом судебного заседания по делу Григола Лилуашвили, передает издание Publika.
Как пояснила прокурор, допрошенный в качестве свидетеля Микаутадзе также рассказал суду, что для входа в здание СГБ ему приходилось проходить проверку пропусков и другие стандартные процедуры.
По словам Бердзенишвили, у следствия есть и другие доказательства, подтверждающие правильность и достоверность сведений, предоставленных Микаутадзе. В частности, соответствующие показания дал один из предпринимателей.
«Допрошен один из бизнесменов, который содержательно и по существу подтвердил суду точно такую же информацию, о которой на прошлом заседании рассказал свидетель Ромео Микаутадзе. Соответственно, это одно из обстоятельств, подкрепляющих достоверность и надежность предоставленных Микаутадзе сведений», – заявила прокурор.
По словам Мариам Бердзенишвили, касательно периода передачи денег Григолу Лилуашвили со стороны Ромео Микаутадзе следствие запросило информацию у соответствующих компаний. В результате анализа данных мобильных телефонов и интернет-трафика было установлено, что оба фигуранта в одно и то же время находились в одном и том же месте.
«Кроме того, когда речь идет о периоде, когда деньги передавались непосредственно Григолу Лилуашвили от Ромео Микаутадзе, была истребована информация у профильных компаний. Изучение их мобильных телефонов и интернет-трафика показало, что они в один и тот же период находились в одном месте. Также сторона обвинения запросила документацию по вопросам, непосредственно касающимся факта передачи взятки».
По словам прокурора, в материалах дела имеются прямые доказательства, подкрепленные другими уликами, и объективных оснований сомневаться в их достоверности нет.
Бердзенишвили также подчеркнула, что попытки стороны защиты апеллировать к тому, что факт передачи денег физически не зафиксирован сторонними очевидцами, не оказывают существенного влияния на дело. По ее словам, требование и передача взятки — это действия, которые, как правило, не совершаются публично и в присутствии посторонних людей.
На вопрос журналиста, действительно ли Ромео Микаутадзе лично приходил в СГБ и передавал деньги Григолу Лилуашвили, Бердзенишвили ответила: «Да. Как утверждает свидетель, именно так».
По ее информации, Микаутадзе сообщил суду, что после входа в здание СГБ он проходил проверку пропуска и другие процедуры, после чего поднимался в соответствующий кабинет.
По словам прокурора, в рамках проверки этих данных следствие допросило и других лиц, которые ранее лично бывали у Григола Лилуашвили. Согласно их показаниям, процедура допуска визитеров к Лилуашвили не была одинаковой для всех.
Как заявила прокурор, по утверждению Микаутадзе, он объяснял предпринимателям, что передача денег обусловлена государственными интересами. По словам Бердзенишвили, этот факт в ходе допроса подтвердил и один из бизнесменов.
«Как сообщил свидетель, он разъяснял предпринимателям, что это делается исходя из государственных интересов. На допросе это подтвердил и один из бизнесменов. Вся схема прикрывалась «государственными интересами», однако это было лишь формальным предлогом, и всем вовлеченным лицам было совершенно ясно, что никакой пользы государству эти действия не несли», – заявила прокурор.
Бердзенишвили также подтвердила, что Ромео Микаутадзе приносил деньги в кабинет Лилуашвили и, по его собственным словам, нес их в сумке.
Журналисты также спросили прокурора, могут ли в рамках расследования предъявить обвинение самому Ромео Микаутадзе, учитывая, что именно он доставлял деньги Лилуашвили.
По словам Бердзенишвили, в деле прослеживается участие множества лиц, однако до официального начала уголовного преследования в отношении конкретного фигуранта квалифицировать его действия как преступление невозможно.
Что касается предоставления информации следствию со стороны Ромео Микаутадзе, прокурор охарактеризовала это как сотрудничество. По ее словам, утверждения стороны защиты о том, будто Микаутадзе идет на контакт со следствием исключительно ради собственной выгоды, и попытки представить это как отдельное преступление являются необоснованными. При этом Бердзенишвили не исключила, что в дальнейшем уголовное преследование может быть начато и в отношении Микаутадзе, если для этого будут установлены предусмотренные законом основания.