«Если нам для нашей национальной безопасности необходимо было начать СВО на территории Украины, то почему, исходя из тех же самых соображений, мы не можем начинать военные операции и в других точках нашей зоны влияния», – заявил российский пропагандист Владимир Соловьев в прямом эфире своей передачи 10 ноября.
Этой фразой телеведущий фактически подвел итог рассуждениям о необходимости возвращения Еревана на орбиту российского влияния. По словам Соловьева, «потеря Армении – это гигантская проблема» для России. «Мы должны объяснить: игры кончились, плевать на международное право», – заявил пропагандист.
Позднее министерство иностранных дел Армении вручило российскому послу Сергею Копыркину ноту протеста. Но в Москве реакцию Еревана сочли чрезмерной. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова заявила, что высказывания Соловьева являются лишь частным мнением: «Эти фразы были явно, абсолютно очевидно в провокационном виде преподнесены диванными аналитиками чуть ли не как официальная позиция России. Ну это просто, знаете, недопустимо заниматься такими манипуляциями».
В Ереване, впрочем, слова Владимира Соловьева не считают случайными. При этом лидер Европейской партии Армении Тигран Хзмаляна убежден, что комментарий пропагандиста был адресован внутренней аудитории, а не внешней. Ведь Ереван, по его словам, итак находится под контролем Москвы.
«России нет необходимости проводить в Армении силовые сценарии: она контролирует значительную часть экономики, инфраструктуры, энергетики и информационного пространства страны. Российские медиа свободно вещают в Армении, действуют культурные и разведывательные структуры, а правительство не предпринимает системных шагов для ограничения этого влияния. Пашинян в этом смысле удобен Москве: он выполняет все ее ключевые запросы, не требуя взамен серьезной поддержки».
По оценке Хзмаляна, при Николе Пашиняне экономическое влияние России в Армении не ослабло, а, напротив, продолжило усиливаться, государственная монополия Москвы в ключевых секторах лишь расширилась. По мнению оппозиционера, за это время не было предпринято никаких реальных шагов по снижению российского присутствия: 102-я военная база в Гюмри продолжает функционировать, подразделения ФСБ не выведены. Единственным исключением стал частичный вывод российских пограничников из аэропорта «Звартноц» – шаг сугубо символический, который сложно рассматривать как значимое достижение.
Армения на развилке: либеральные реформы или путь к госкапитализму
Сегодня заявленный внешнеполитический курс Армении – казалось бы, прозападный. На днях премьер-министр Никол Пашинян заявил, что его страна хочет стать государством-членом Евросоюза «однозначно и без каких-либо сомнений».
Сближение Еревана с ЕС началось несколько лет назад – на фоне постепенной утраты Россией статуса гаранта безопасности для республики. В 2024 году, после окончательного падения самопровозглашенного Нагорного Карабаха и перехода региона под контроль Азербайджана, Армения заморозила свое участие в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Возглавляемый Россией блок, как и сама Москва, никак не поддержали союзника в ходе конфликта.
Позже, в начале 2025 года, в Армении был одобрен законопроект о евроинтеграции. А уже в начале 2026-го Пашинян заявил, что правительство однозначно рассматривает членство страны в Европейском союзе как стратегическую цель.
В ходе саммита «Армения и мир на перекрестке рисков и возможностей» премьер-министр, правда, подчеркнул, что до тех пор, пока сохраняется возможность совмещать курс на евроинтеграцию с членством в Евразийском экономическом союзе, Ереван намерен придерживаться именно такой модели.
«Наша стратегия следующая: мы должны очень твердо и четко следовать по пути превращения Армении в страну, соответствующую стандартам ЕС. Когда это произойдет, наступит момент политического решения. ЕС может решить, что он больше не расширяется, но может произойти и обратное. Когда мы будем соответствовать стандартам, у нас будет два варианта: либо нас примут в ЕС, либо – нет. В обоих случаях Армения выиграет. В одном случае она станет полноправным членом ЕС, в другом – не станет, но превратится в современное государство, отвечающее европейским стандартам».
Но несмотря на, казалось бы, однозначные шаги в сторону Евросоюза, по словам Тиграна Хзмаляна, в действительности в последнее время евроинтеграция приостановлена.
«Я представляю Европейскую партию Армении, которая в 2024 году организовала сбор подписей за проведение референдума о присоединении Армении к ЕС. 26 марта 2025 года парламент принял соответствующий закон. Формально у нас есть этот закон. Однако буквально через несколько недель он был практически заморожен».
Хзмалян утверждает, что внешний курс Еревана вновь изменился: «Правительство Пашиняна начало обсуждать возможное сближение с Шанхайской организацией сотрудничества, звучали и намеки на БРИКС».
Оппозиционный политик подчеркивает: на фоне антизападной политики «Грузинской мечты» в какой-то момент появилось окно возможностей, позволявшее Армении заменить Грузию в роли ключевого «европейского партнера» на Южном Кавказе. По его словам, Европейская партия на протяжении почти 20 лет целенаправленно работала над реализацией именно такого сценария. И хотя у Еревана был шанс взять на себя роль европейского лидера в регионе, Никол Пашинян этим шансом не воспользовался, убежден Хзмалян:
«Пашинян пошел по тому же пути, который ранее прошла «Грузинская мечта». Мы называем это «армянским кошмаром».
По словам Хзмаляна, изменение политического вектора в первую очередь связано с попытками премьер-министра удержаться у власти, ведь до парламентских выборов в Армении осталось меньше шести месяцев.
«Отсюда – демонстративные шаги: закупка азербайджанского топлива, транзит российского зерна по азербайджанским железным дорогам, переговоры об открытии турецкой границы. Все это приурочено к попытке Пашиняна переизбраться. Эти действия, разумеется, отдаляют Армению от Европейского союза и европейской интеграции».
Как сообщает EU Neighbours East, исследования общественного мнения в 2025 году показали 7-процентный рост лояльности по отношению к ЕС. Согласно результатам ежегодного опроса, 69% армян доверяют Евросоюзу, 79% считают, что отношения между Евросоюзом и Арменией хорошие.
Почти половина опрошенных (47%) имеют положительное представление о ЕС, по сравнению с лишь 9%, у которых представление о ЕС негативное, и 38%, которые относятся к ЕС нейтрально.
На вопрос о вступлении Армении в Европейский союз 45% респондентов ответили, что поддержали бы такое решение. В гипотетическом референдуме о вступлении в ЕС 49% проголосовали бы «за», а 14% – «против».
Эти результаты коррелируют с исследованиями IRI, согласно которым почти половина населения предпочла бы европейский курс.
«Мы собрали более 60 тысяч подписей за европейский курс – больше необходимого минимума. Социологические опросы, в том числе американские исследования 2024-2025 годов, показывают: более половины населения Армении поддерживает вступление в ЕС. Однако правящая партия сознательно размывает эту повестку, имитируя прозападные шаги – визиты, заявления, символические жесты – при фактически пророссийской политике. Этот механизм хорошо знаком и в Грузии», – рассказывает Хзмалян.
При этом вопрос поддержки пророссийского курса в Армении все еще актуален и для части общества. Согласно опросу IRI, Москву политическим партнером Еревана назвали 45% респондентов. Одновременно 27% рассматривают РФ как политическую угрозу для Армении.
В рейтинге внешнеполитических партнеров Россию опережают такие страны, как Иран и Франция – 53% и 48% соответственно. Но при этом угрозу в них видят гораздо меньшее количество людей – 2% опрошенных заявили, что опасаются Ирана, и только 1% – Франции.
Соединенные Штаты оценивают как партнера 37% жителей Армении, а как угрозу – всего 5%. Другое социологическое исследование (АРАР) показало, что если в 2024 году в поддержку формирования военно‑союзнических отношений с США высказались около 13% респондентов, то в 2025-м их число достигло 18,3%. Это происходит на фоне активизации армяно-американского сотрудничества, самым ярким примером которого стал проект «Маршрут Трампа к международному миру и процветанию» (TRIPP).
По словам премьер-министра Никола Пашиняна, недавнее подписание рамочной программы в Вашингтоне главами внешнеполитических ведомств Армении и США – Араратом Мирзояном и Марко Рубио – ставит точку в дискуссиях о будущем региональной логистики. Пашинян считает, что личное участие Дональда Трампа стало решающим фактором, открывающим путь к долгосрочному миру и притоку колоссальных инвестиций в Армению.
То, что Соединенные Штаты начинают иначе смотреть на Южный Кавказ, отмечает и лидер Европейской партии Армении Тигран Хзмалян. Причем, по его словам, геополитические перемены на Ближнем Востоке могут только ускорить этот процесс и изменить правила игры в регионе:
«Если раньше ключевым проводником американской политики в регионе считалась Турция, а позиции Азербайджана были особенно сильны, то сегодня возможные изменения в Иране могут перевернуть прежнюю конфигурацию. <…> «Если Иран изменится, изменится и весь региональный баланс – в том числе для Армении и Грузии. Эти процессы повлияют не только на выборы, но и на стратегическое будущее региона».
По словам Хзмаляна, после начавшихся протестов в Иране прежняя система координат постепенно утрачивает актуальность. И на этом фоне недавний визит главы МИД Армении в Вашингтон приобретает особое значение:
«Полагаю, в ходе этого визита армянской стороне многое было разъяснено».
Иранский разлом: протесты, война и новый баланс сил на Кавказе
