Операция США в Венесуэле и массовые протесты в Иране для режима Лукашенко могут стать предвестником эпохи турбулентности, а для демократических сил — неожиданным шансом, считает историк Александр Фридман.Американская военная операция в Венесуэле, завершившаяся захватом президента Николаса Мадуро, драматические протесты в Иране и обострение ситуации вокруг Гренландии стали ключевыми событиями первых недель января 2026 года. Эти события вызвали заметный интерес в белорусском обществе. Новости из далеких стран воспринимаются противниками властей, сторонниками Лукашенко и людьми без четкой позиции через призму отношения к белорусским властям. По сути, это очередной этап осмысления протестного 2020 года — рубежа, разделившего историю Республики Беларуси на «до» и «после». Ситуация в Венесуэле и особенно Иране остается напряженной, и нет сомнений в том, что январские события окажут влияние на процессы в и вокруг Беларуси.
Трещины в «оси автократов»?
Американский историк и публицист Энн Эпплбаум использует термин «ось автократов». Речь идет о глобальной сети антизападных и антидемократических режимов, где ключевую роль играют Китай и Россия, а в число участников, в частности, входят КНДР, Куба, Беларусь, Венесуэла и Иран. Эти разные по характеру режимы, порой имеющие противоречивые интересы, объединяет неприятие демократических ценностей и стремление ослабить влияние США и западных стран.
Захват Мадуро, угрозы Кубе, давление на аятолл в Иране и попытки установить контроль над Гренландией под предлогом угроз со стороны КНР и России свидетельствуют о том, что Вашингтон ставит на разрушение или ослабление «оси автократов», игнорируя интересы Европы. Администрация Трампа стремится навязать свои правила игры, основанные на «праве сильного», пренебрегает международным правом и готова использовать все методы, включая силовые.
На этом фоне ранние заявления «трамписта» Лукашенко о том, что США в своих контактах с Беларусью не стремятся влиять на внешнеполитический курс главного союзника Москвы и важного партнера Китая, выглядят неубедительно. Активизация США на белорусском участке «оси автократов» обусловлена желанием прекратить войну в Украине, что необходимо для нормализации отношений с Москвой. На повестке стоит, впрочем, не отрыв Минска от Москвы, а ослабление связей между Москвой (и ее белорусским союзником) и Пекином. Тот факт, что Лукашенко и Путин были приглашены в «Совет мира» по сектору Газа, а аналогичное приглашение Си Цзиньпину (по крайней мере на данный момент) отсутствует, говорит сам за себя.
Примеры Венесуэлы и Ирана показывают, что приоритет США на «оси автократов» не демократизация (которая, тем не менее, может стать побочным эффектом сближения с Вашингтоном), а изменение курса: от противостояния США к тесному сотрудничеству с ней. Для некогда «последнего европейского диктатора» Лукашенко, заинтересованного по политическим и экономическим причинам в контактах с США, но тесно связанного с Москвой и Пекином, это палка о двух концах. С одной стороны, американцы не настаивают на демонтаже авторитарной системы, с другой — могут подталкивать (а возможно, уже подталкивают) к шагам, противоречащим интересам России и Китая. После захвата Мадуро стало ясно: те, кто отвергает правила Трампа, рискуют оказаться в крайне неблагоприятной ситуации.
Для Лукашенко Венесуэла и Иран стали сигналом тревоги. В Венесуэле лидер режима был захвачен с помощью — или по крайней мере при попустительстве — бывших соратников, перешедших на сторону США. В Иране протесты, вызванные экономическими проблемами, переросли в народное восстание с целью свержения режима: оно координировалось политическими эмигрантами, поддерживалось США и западными странами и было подавлено с крайней жестокостью.
О чем говорит и о чем молчит Лукашенко?
Лукашенко и представители режима продолжают внушать обществу принципиальную невозможность повторения «венесуэльского сценария» в Беларуси. Настойчивое воспроизведение этого нарратива отражает страхи властей и позволяет предположить, что, опасаясь предательства и сговора с внешними силами, Лукашенко — и без того подозрительный и склонный к конспирологии — только усилит заботу о личной безопасности и ужесточит подбор кадров в высших эшелонах власти.
В случае с Ираном белорусский автократ предпочел молчание и наблюдает за развитием событий. И это молчание уже принесло ему выгоду: приглашение в «Совет мира» вряд ли последовало бы в случае открытой критики действий США. Судить о его позиции можно по государственной пропаганде: как и белорусские протесты 2020 года, иранские выступления были представлены как инспирированный извне вооруженный мятеж; масштабы протестов и жестокость властей намеренно занижались, а подавление и отсутствие американского военного вмешательства вызвали откровенную радость. В Минске этим подчеркнули близость своих подходов к действиям иранских властей и готовность при необходимости действовать аналогичными методами.
Надежда для Светланы Тихановской?
Для Светланы Тихановской, поддержавшей оппонентов автократов в Венесуэле и Иране, эти события стали одновременно возможностью напомнить о себе и неоднозначным опытом. В 2020 году она, по всей видимости, победила на президентских выборах в Беларуси, но была вынуждена покинуть страну. Четыре года спустя схожая судьба постигла венесуэльского политика Эдмундо Гонсалеса. После смещения Мадуро США однако сделали прагматичный выбор в пользу бывшей соратницы диктатора, вице-президента Делси Родригес, оставив Гонсалеса, как и покинувшего в 2023 году Венесуэлу бывшего «временного президента» Хуана Гуайдо, пока за пределами большой политики.
Иранский опыт тем не менее показывает, что политическая деятельность из изгнания не обязательно обречена на крах. Аятолла Рухолла Хомейни провел долгие годы в эмиграции, но после свержения шаха Мохаммеда Резы Пехлеви в 1979 году стал духовным лидером Исламской Республики. Наследный принц Реза Пехлеви, с конца 1970-х живущий за границей, стал символом последних иранских протестов и надеждой на демократический транзит, опираясь на иранскую диаспору, Израиль и частично США.
Примеры Хомейни и Пехлеви указывают на то, что утверждать об отсутствии политических перспектив у Светланы Тихановской преждевременно, и ее не следует сбрасывать с политических весов.
События в Венесуэле и Иране демонстрируют хрупкость сложившегося статус-кво и служат предостережением для белорусского режима и партнеров по «оси автократов»: США продолжат радикальный и противоречивый курс, на спокойные времена им рассчитывать не приходится. Для сторонников перемен это напоминание: путь к свободе остается тяжелым, кровавым и противоречивым, но шансы на него в нынешнее турбулентное время по-прежнему сохраняются.
Автор: Александр Фридман, историк, преподает новейшую историю и историю стран Восточной Европы в университете имени Генриха Гейне в Дюссельдорфе и Саарском университете.
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением редакции и Deutsche Welle в целом.
