В декабре 2025 года иранского режиссера Джафара Панахи приговорили к тюремному сроку. Это далеко не первое в жизни Панахи столкновение с властями Ирана — он на протяжении десятилетий сталкивался с цензурой и преследованием со стороны государства. При этом сам постановщик не считает себя политическим режиссером. «По моему определению, политический режиссер защищает идеологию, которую поддерживают хорошие люди, и которой сопротивляются плохие. Но в моих фильмах даже злодеи сформированы системой, а не свободной волей», — заявил режиссер в интервью DW.
У самого Джафара Панахи выбора, по сути, не осталось. В 2009 году он поддержал массовые протесты, известные как «Зеленое движение» против переизбрания президента Махмуда Ахмадинежада. Панахи получил запрет на съемки сроком на 20 лет, а также запрет на выезд за границу, но это его не остановило.
С годами Панахи научился тайком снимать, монтировать и вывозить кино из страны. В съемочную площадку он превращал свою гостиную («Это не фильм») и салон автомобиля («Такси» , кино победило на Берлинском кинофестивале 2015 года), используя для съемки видеорегистратор.
В мае 2025 года Джафар Панахи оказался в центре внимания — спустя 20 лет после последнего оффлайн-появления он лично приехал на Каннский кинофестиваль, чтобы представить фильм «Простая случайность», участвовавший в основном конкурсе. Его кино сначала на премьере сопроводили 8-минутными овациями, а потом оно получило главный приз смотра «Золотую пальмовую ветвь». Теперь же «Простая случайность» считается одним из фаворитов премии «Оскар». 17 января Джафар Панахи выступил с речью на церемонии награждения Европейской киноакадемии и посвятил свою речь жертвам режима аятолл. Свой спич Панахи завершил фразой: «Молчание — это пособничество тьме».
Из иранской тюрьмы — во дворец фестивалей
Путь Джафара Панахи к всемирному признанию был совсем не легок. Так в июле 2022 года режиссер Панахи был задержан и отправлен в тюрьму. Вскоре он объявил голодовку и был выпущен на свободу в феврале 2023 года. В это же время Верховный суд страны отменил запрет на работу в кино, что будто бы освободило руки режиссеру, но ему все равно приходилось бороться с вездесущим контролем государства. «Для официальных съемок в Иране нужно получить одобрение от министерства культуры и исламской ориентации. Для меня это неприемлемо, поэтому я снова стал тайно снимать кино», — рассказал постановщик DW.
В «Простой случайности» Панахи прямо критикует государственное насилие и показывает женщин без хиджабов, тем самым идет против законов страны. Он рассказал историю бывших заключенных, которые нашли человека, пытавшего их в тюрьме. Перед ними встает вопрос, надо ли ему мстить.
Стилистически «Простая случайность» напоминает фильмы, которые режиссер снял во время запрета на работу, главное отличие — теперь он не снимает в полудокументальной манере себя и своих друзей и близких, а направляет камеру на актеров. Тем не менее в сюжете все еще много автобиографических деталей.
Триллер с политическим подтекстом
Фильм начинается с дорожного происшествия. В ночи мужчина едет с семьей по плохо освещенной дороге и сбивает собаку. Он остановливается у ближайшей автомастерской и просит механика Вахида (Вахид Мобашери) осмотреть автомобиль. Вот только автомеханик узнает в Эгбале своего обидчика, который пытал его и других людей в тюрьме. На следующий день Вахид похищает мужчину и готовится похоронить его заживо, но он не уверен, что поймал настоящего преступника — в заключении на его глазах постоянно была надета повязка. «Во время допросов, или когда нас выводили из камеры, нам завязывали глаза. Только в туалете можно было снять повязку», — поделился своим опытом заключения в иранской тюрьме Панахи.
В попытке опознать человека Вахид встречается с бывшими сокамерниками, у каждого есть свои причины отомстить. Среди жертв — невеста (Хадис Пакбатен) и ее жених (Маджид Панахи), прервавшие фотосессию ради расследования; их свадебный фотограф Шива (Марьям Афшари), которую пытали; глубоко травмированный Хамид (Мохамад Али Эльясмер), которому все равно, настоящий преступник оказался у них в руках или нет. «Даже будучи мертвыми они будут опасны», — так описал Хамид работников спецслужб.
Моменты с рассуждениями о мести и пережитом насилии Джафар Панахи перебивает юмористическими и абсурдными сценами. Так похитители встречаются с семьей Эгбала и помогают его беременной жене доехать до госпиталя. После родов Вахид идет в пекарню и покупает для всех сладости — такова традиция.
«Фильм снял сам режим»
«Все персонажи в фильме и детали вдохновлены разговорами, которые я услышал в тюрьме. Мне рассказывали о насилии со стороны иранского правительства, совершающего преступления уже четыре десятилетия», — сказал Панахи в Каннах. Потом он добавил: «В некотором смысле, это не я снял фильм. Его сняла Исламская Республика, посадив меня за решетку. Если они хотят нам помешать быть столь опасными для системы, то, возможно, нас лучше не держать в заключении».
По словам режиссера, многие друзья за 20 лет потеряли надежду, что он продолжит заниматься кино. «Но близкие знают, что я даже лампочку сам закрутить не смогу. Я только и умею, что снимать кино». Незадолго до запрета на работу и на право выезда из страны Джафар Панахи лишь ненадолго задумался над тем, чем же ему теперь заняться: «Если кино правда настолько для меня свято, что придает смысл жизни, то никакая цензура или авторитарная система не смогут меня остановить».
Ни изгнания, ни беженства
Многие иранские режиссеры живут в изгнании, в том числе близкий друг Джафара Панаха Мохаммад Расулоф, чей фильм «Семя священного инжира» был номинирован от Германии на премию «Оскар» в 2025 году, — сейчас постановщик живет в Берлине. Панахи не собирается оставаться за границей, поскольку не может жить вне иранского общества: «Мне пришлось остановиться в Париже на три с половиной месяца для постпродакшна фильма, и я думал, что умру». Для него на родине сам процесс создания кино создает почву для креативности и проверки на верность профессии: «Я могу в два часа ночи позвонить коллеге и сказать: «Этот дубль должен быть длиннее». И он придет ко мне, и мы будем работать всю ночь. В Европе такое невозможно представить».
Что будет дальше — неизвестно. «Господин Панахи сейчас находится за пределами Ирана», — заявил его адвокат Мостафа Нили агентству AFP. Вынесенный режиссеру приговор включает в себя один год лишения свободы, двухлетний запрет на выезд из страны, а также запрет на членство в политических или общественных организациях. Юридическая команда Джафара Панахи подала аппеляцию на решение суда.
Номинантов на премию «Оскар» — 2026 объявят в четверг, 22 января.