Deutsche Welle на полях Мюнхенской конференции по безопасности обсудила с бывшим заместителем госсекретаря США Стивеном Бигэном войну в Украине, международную поддержку Киева и перспективы окончания конфликта.
Несмотря на публичные заявления, на переговорах по Украине не решен главный вопрос, уверен Стивен Бигэн, бывший заместитель госсекретаря США, который находился на этом посту во время первого срока президента США Дональда Трампа. В интервью DW он выразил надежду, что украинцев не подталкивают к завершению войны на невыгодных условиях.
Deutsche Welle: На Мюнхенской конференции по безопасности в отличие от прошлых лет практически ни один западный лидер не говорил о том, что Россия проиграет войну против Украины. Считаете ли вы, что этот вариант больше не рассматривается? Европейские лидеры просто в это не верят?
Стивен Бигэн: Думаю, перспективы завершения этой войны на поле боя со временем ослабли. В определенном смысле военная победа Украины могла ускользнуть от нас в конце 2022 года на фоне медленного начала контрнаступления в 2023-м. Сейчас мы находимся в совершенно иной точке, и это отражается в дискуссиях здесь: победа Украины может не прийти на поле боя, но это не означает, что Путин одержит победу. Наша цель — через любой процесс, будь то окончание войны, прекращение огня или переговоры, — добиться такого исхода, который в максимальной степени лишит Россию возможности победить.
— В ближайшие дни в Женеве пройдет новый раунд переговоров. Чего вы ожидаете?
— Публично говорят, что в переговорах не урегулирован лишь один вопрос. Но это создает впечатление, будто все вопросы равнозначны. В действительности не решен главный вопрос — кто выиграет войну, а кто проиграет. Я надеюсь, что США проявят решимость и не позволят Путину представить свою жестокую агрессию против Украины как победу.
— СМИ, в том числе Financial Times, писали, что администрация Дональда Трампа якобы подталкивает Украину к соглашению к июню и к проведению президентских выборов, угрожая отказаться от гарантий безопасности. Это корректная интерпретация?
— Я участвовал во многих переговорах, в том числе в первый срок президента Трампа. Переговоры не должны строиться вокруг дедлайна, они должны строиться вокруг результата. Я очень надеюсь, что украинцев не подталкивают к какому-то произвольному сроку. Главное — завершить войну так, чтобы Украина в максимально возможной степени осталась суверенным, мирным, безопасным и в итоге экономически процветающим государством.
— Каковы перспективы нового законопроекта о санкциях против России, о котором говорил сенатор Линдси Грэм?
— Законопроект готов к рассмотрению в Сенате. Я даже слышал прогнозы из Конгресса, что это может произойти в течение ближайших двух недель. Посмотрим. В любом случае президент уже обладает всеми полномочиями для введения санкций, и, отдадим должное, администрация Трампа в последние месяцы действительно ввела новые, весьма чувствительные меры против России. Принятие закона стало бы важным символическим сигналом о готовности усиливать давление. Но в конечном счете важны не заявления, а действия.
— Госсекретарь США Марко Рубио практически не упомянул Украину в своей речи, как и канцлер Германии Фридрих Мерц. Какой сигнал это посылает президенту Зеленскому?
— На подобных конференциях многое отражает внутренние дебаты в США и Европе. Но меня действительно беспокоит недостаток американского лидерства. Ни один представитель США не присутствовал на встрече с президентом Зеленским, и США своим присутствием не демонстрируют приверженности Украине. Возможно, переговоры находятся в деликатной фазе, но я опасаюсь, что это скорее внутреннее политическое позиционирование, чем проявление лидерства. Это упущенная возможность.
— Зеленский сказал, что во второй половине года США сосредоточатся на промежуточных выборах. Ослабнут ли дипломатические усилия?
— Любая демократическая страна живет в рамках электорального цикла. Переговоры часто зависят от выборов. Но результат выборов необязательно означает что-то плохое для Украины. Большинство американцев считают ее борьбу справедливой и поддерживают восстановление границ 1991 года. Поддержка НАТО и трансатлантических обязательств также очень высока. Поэтому мысль, что эти промежуточные выборы несут угрозу этим очень важным интересам США не кажется мне серьезной.
— Возможна ли передача Украине ракет Tomahawk?
— Мы можем сделать больше в сфере вооружений для Украины, и такие ракеты могли бы существенно изменить ситуацию на поле боя. С начала полномасштабного вторжения США действовали слишком медленно и недостаточно решительно в поставках вооружений. Я надеюсь, что в будущем мы будем действовать активнее.
— Главной темой конференции стали отношения США и Европы. Возможно ли восстановление после напряженности?
— Конференция с 1963 года посвящена именно этим отношениям США и Европы. Я приезжаю сюда с 1990-х, и нередко конференция проходила на фоне европейской тревоги — из-за Югославии, расширения НАТО, войны в Ираке, усиления агрессии Путина. Важно, что мы продолжаем диалог с европейцами. Если в прошлом году сигнал из США звучал как «Европа, нам не нравится, какие вы есть», то в этом году послание скорее «Европа, мы хотели бы, чтобы мы вам нравились такими, какие мы есть». На мой взгляд, это признак прогресса в трансатлантических отношениях.
