Изучение обнародованных «файлов Эпштейна» выявило шокирующую правду: у осужденного за сексуальные преступления финансиста было около 40 счетов в Deutsche Bank. Банк оказался в затруднительном положении.Оглядываясь назад, приходится признать, что для Deutsche Bank было явно не самой лучшей идеей вступать в деловые отношения с американским финансистом Джеффри Эпштейном. Как передают СМИ, у него там было открыто около 40 счетов, и он с их помощью управлял значительной частью своих активов. Сейчас это обходится крупнейшему банку Германии очень дорого. По данным Wallstreet Online, 4 февраля после публикации первой порции информации из так называемых «файлов Эпштейна» акций банка упали на 5,49%.
Джеффри Эпштейн был осужден в США за принуждение к проституции несовершеннолетней, проходил обвиняемым по других делам, связанным с сексуальным насилием, и находился под стражей до суда, когда при невыясненных обстоятельствах скончался в августе 2019 года в федеральной тюрьме в Нью-Йорке. По официальным сообщениям, он покончил жизнь самоубийством.
В центре скандала — немецкие банкиры из Франкфурта
Хотя после долгих споров часть материалов расследований по делу Эпштейна была в отредактированном виде опубликована Минюстом Соединенных Штатов, по-прежнему невозможно оценить, кто и насколько глубоко вовлечен в грандиозный скандал, связанный с сексуальным насилием, — и не вскроются ли еще какие-либо преступления. Потребуется еще много времени, прежде чем всё обнародованное будет тщательно проанализировано и подготовлено для возможного рассмотрения в судах.
В водоворот скандала втянуты многие видные политики, бизнесмены и даже члены королевских семей по всему миру. Тот факт, что Deutsche Bank также фигурирует в «файлах Эпштейна», сначала вызывыает удивление. Однако все становится понятным, если учесть недавнюю историю работы банка в США и судебные тяжбы, в которые франкфуртский финансовый гигант был вовлечен в последние годы. Любой, кто когда-либо оказывался замешан в сомнительных сделках и манипуляциях, не пользуется большим доверием.
Как и многие другие лица и компании, попавшие в «файлы Эпштейна», Deutsche Bank также сожалеет о своих действиях. 9 февраля информагентство dpa процитировало его представителя: «Как неоднократно подчеркивалось с 2020 года, банк признает свою ошибку, которую совершил, сделав Джеффри Эпштейна своим клиентом в 2013 году».
Эпштейн и Deutsche Bank: это не было проявлением наивности
На данный момент сотрудники банка не обвиняются в том, что посещали какие-либо из печально известных «вечеринок» Эпштейна или его частный остров в Карибском море. Таким образом, проблемы, с которыми столкнулся банк, на первый взгляд, носят сугубо моральный характер. Чтобы их оценить, DW поговорила с экспертом по бизнес-этике и философом Берндом Фильхауэром (Bernd Villhauer).
«Банки обязаны проверять биографию своих деловых партнеров — независимо от действующих правовых норм и правил соблюдения требований», — твердо убежден Фильхауэр, старший советник по финансам в Институте глобальной этики при Тюбингенском университете (WEIT). Особенно в этом случае «следовало проявлять крайнюю осторожность, даже просто связываясь с таким человеком, как г-н Эпштейн, или поддерживая его бизнес, управляя его счетами — а речь шла о значительных суммах», полагает эксперт.
По данным Handelsblatt, Deutsche Bank точно знал, с кем имеет дело. Он начал деловые отношения с Джеффри Эпштейном после того, как бывший банк финансиста, JPMorgan, разорвал с ним связи. Впоследствии JPMorgan в рамках мирового соглашения выплатил 290 миллионов долларов жертвам насилия со стороны Эпштейна.
Бернд Фильхауэр осторожен в своих выводах о том, «как Deutsche Bank и другие банки действуют на международном рынке». Однако в конкретном случае, «к сожалению, приходится сказать, что Deutsche Bank, возможно, проявил некоторую небрежность в некоторых делах».
Для банка прибыль превыше всего?
Банк — не то учреждение, которое судит о законности и морали, он должен зарабатывать деньги. Фильхауэр соглашается с этим, уточняя: «Поэтому крайне важно проверять, являются ли деловые отношения прибыльными в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективе».
Все необходимо взвесить, и «есть веские аргументы в пользу того, что некоторые сомнительные, пограничные деловые отношения могут быстро принести прибыль, но в среднесрочной и долгосрочной перспективе они, как правило, сопряжены с рисками, а именно с ущербом для репутации, как мы сейчас и наблюдаем».
На что не обратил внимания Deutsche Bank?
Если взглянуть на критику в адрес Deutsche Bank, не сразу поймешь, что на самом деле в его действиях является предосудительным. Как теперь утверждается, банк никак не отреагировал, когда Эпштейн снимал со своего счета крупные суммы наличных. Но разве само по себе это подозрительно?
Нет, убежден Фильхауэр, все зависит от контекста: «Есть такие отношения с клиентами, где, на мой взгляд, совершенно не проблема, если кто-то снимает наличными 200 000 долларов или больше. Я не думаю, что банк должен выступать в роли судьи в таких случаях».
Но, повторяет старший советник WEIT, контекст имеет решающее значение: «Если, например, я знаю, что кто-то был замешан в торговле наркотиками, и этот человек снимает крупную сумму, то, конечно, у меня возникают подозрения». Совсем другое дело, продолжает он, если кто-то говорит: «Мне сейчас нужна большая сумма наличных по той или иной причине, и я могу показать, на что я ее потрачу. Думаю, нам следует быть немного осторожнее, категорически заявляя: снятие наличных — это преступление. Это просто не так».
Подозрительные цели перевода денег
Хорошо знакомый сценарий при любом банковском переводе: вас просят объяснить цель трансакции. В случае Эпштейна и Deutsche Bank некоторых экспертов сразу насторожили цели переводов вроде «аренда», «обучение» и «вопросы иммиграции». Однако это кажется подозрительным только тогда, когда вы уже достаточно хорошо знаете о сомнительных делах Эпштейна. Должен ли банк сперва все досконально проверять и лишь затем — если сочтет нужным — осуществлять перевод денег?
Бернд Фильхауэр считает, что банк должен иметь возможность «максимально прозрачно сообщать о том, что он проверяет и в каких ситуациях». Однако тут должны применяться строгие правила: «Именно такой банк, как Deutsche Bank, ранее не раз оказывавшийся в центре дискуссий по самым разным поводам, поступит разумно, если сперва все внимательно изучит».
Удалось ли уже Deutsche Bank соскочить с крючка?
Deutsche Bank уже заплатил за связи с Эпштейном: 150 миллионов долларов штрафа Департаменту финансовых услуг Нью-Йорка (NYDFS) за недостаточные меры по борьбе с отмыванием денег и 75 миллионов — жертвам покойного финансиста в рамках мирового соглашения. Таким образом, банк из Франкфурта-на-Майне уже откупился от проблем? В принципе, нет, предупреждает Фильхауэр: «Если у банка есть репутация и он хочет вести бизнес этично, то никогда не соскочит с крючка. Банк всегда должен сам держать себя под контролем».
У немецкого философа и эксперта по финансовой этике четкая позиция по этому вопросу: «Не существует такого понятия, как «откупиться», его просто нет в области морали». Главная проблема здесь: «Каким этическим стандартам я следую? И именно по этому критерию мы должны оценивать Deutsche Bank».
Все сказанное описывает ситуацию по состоянию на начало февраля и остается в силе до тех пор, пока вдруг не появятся новые разоблачения. Если в ходе продолжающегося изучения «файлов Эпштейна» обнаружат новые улики против Deutsche Bank, он может столкнуться с серьезными трудностями.