Тема использования замороженных активов РФ закрыта или лишь отложена? В ЕС позиции расходятся: Германия говорит о финале, Европарламент требует действий, а дипломаты предупреждают: «Рано или поздно активы понадобятся».»Этот вопрос окончательно решен», — заявил на днях министр иностранных дел Германии Йоханн Вадефуль (Johann Wadephul), исключив возвращение к идее использования замороженных российских активов для поддержки Украины. И это — несмотря на то, что Венгрия продолжает блокировать предоставление Украине кредита ЕС в размере 90 млрд евро. Важная деталь: Вадефуль сделал это заявление на совместной пресс-конференции в Берлине с главой МИД Бельгии Максимом Прево. Именно Бельгия занимает одну из наиболее жестких позиций против использования замороженных активов, поскольку большая их часть находится на ее территории — в депозитарии Euroclear.
Формулировка немецкого министра прозвучала категорично. Особенно если учитывать, что правительство Германии во главе с канцлером Фридрихом Мерцем (Friedrich Merz) ранее активно продвигало идею так называемого «репарационного кредита» — механизма, который предполагал использование замороженных российских средств в качестве обеспечения для финансовой поддержки Украины. Поэтому DW решила выяснить, какую позицию сегодня занимает Евросоюз. В декабре лидерам ЕС не удалось договориться о передаче замороженных активов Украине. Действительно ли тема окончательно закрыта? В Брюсселе реальность оказалась значительно сложнее.
Вадефуль назвал кредит в 90 млрд евро «очень хорошим альтернативным инструментом» — речь идет о средствах, которые будут привлекаться ЕС на финансовых рынках под гарантии бюджета Евросоюза. В свою очередь председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен (Ursula von der Leyen) в Киеве подчеркнула, что кредит был согласован всеми 27 лидерами ЕС и что «это слово нельзя нарушить». Однако она добавила, что у Евросоюза есть «различные варианты» на случай необходимости.
Противоречие между этими двумя заявлениями отражает более глубокий институциональный раскол внутри ЕС — между политической оценкой текущего момента и юридическим статусом вопроса.
Еврокомиссия: Мы на это смотрим иначе
На брифинге Еврокомиссии в Брюсселе в пятницу, 27 февраля, корреспондентка DW напрямую спросила, снят ли вопрос использования всей суммы замороженных российских активов — а не только процентов от них — «полностью с повестки дня при любых обозримых обстоятельствах».
Официальный представитель Еврокомиссии Балаш Уйвари дал понять, что позиция Брюсселя не совпадает с формулировкой главы МИД ФРГ. «Я думаю, что наше мнение по этому вопросу немного отличается. Позволю себе вернуться к выводам Европейского совета, сделанным в декабре. Там есть ключевая фраза, согласно которой Евросовет просит законодателей ЕС продолжить работу над предложением о репарационном кредите. Так что, я думаю, это дает очень четкий ответ на вопрос», — резюмировал он.
Евросовет призвал продолжить работу
В выводах Европейского совета от 18 декабря действительно говорится, что он «призывает Совет ЕС и Европейский парламент продолжить работу над техническими и правовыми аспектами инструментов, предусматривающих предоставление репарационного кредита на основе средств, связанных с замороженными активами России».
В том же тексте говорится, что Евросоюз оставляет за собой право использовать эти активы для погашения предназначенного для Украины кредита в 90 млрд евро в полном соответствии с законодательством ЕС и международным правом. По условиям Украина должна будет вернуть его только в случае, если Россия выплатит ей репарации за нанесенный войной ущерб.
Иными словами, формально мандат на проработку механизма сохраняется. Но формальное сохранение мандата не означает политической готовности к его реализации.
Чиновники и дипломаты ЕС сообщили корреспондентке DW, что в настоящее время активная работа по разработке какого-либо нового законодательного предложения об использовании замороженных активов не ведется. То есть в процедурном плане никаких подвижек нет.
Европарламент: Россия должна заплатить
Самую жесткую позицию в этом отношении традиционно занимает Европарламент. В резолюции, принятой 24 февраля — в четвертую годовщину полномасштабного российского вторжения в Украину, — евродепутаты заявили «о своей твердой убежденности в том, что Россия должна заплатить за колоссальный ущерб, нанесенный Украине».
Они вновь призвали Евросоюз использовать замороженные активы российского Центробанка «для обеспечения репарационного кредита, который послужит поддержке обороны и восстановления Украины и усилит давление на Россию с целью прекращения ее агрессивной войны». Европарламент также поддержал вывод Евросовета о том, что ЕС следует продолжить работу над предложением Еврокомиссии о «репарационном кредите».
Тем самым парламент фактически поддерживает саму идею использования замороженных активов в пользу Украины — пусть и в форме обеспечения займа. При этом слово «конфискация» на специальной сессии, посвященной войне в Украине и помощи со стороны Европы тоже прозвучало — из уст главы второй по численности фракции социал-демократов Ираче Гарсии Перес. «Рано или поздно Европейский Союз должен конфисковать 210 млрд евро замороженных российских активов… Это не месть — это справедливость. В Европе мы научились, что тот, кто разрушает, должен платить».
Таким образом, на парламентском уровне дискуссия не только не закрыта — она ведется в предельно прямых формулировках. Однако резолюции Европарламента носят политический характер и не имеют прямой законодательной силы без согласия Совета ЕС. А именно там и заблокировано дальнейшее продвижение механизма.
Дипломаты ЕС: Кто вообще решится поднять эту тему?
Несмотря на формальное сохранение мандата, в дипломатических кругах ЕС настроения остаются скептическими. «Использование основной суммы активов сейчас не рассматривается как осуществимый вариант», — сообщил корреспондентке DW один из дипломатов ЕС. По его словам, в краткосрочной перспективе приоритетом остается разблокирование кредита в 90 млрд евро, поскольку Украине срочно необходимы средства. Все собеседники DW согласились, что это сейчас гораздо реалистичнее, чем вновь открывать сложные и деликатные дебаты о замороженных российских активах.
Другой дипломат напомнил, насколько болезненной оказалась прошлая попытка продвинуть тему использования основной суммы замороженных российских активов: «Переговоры шли месяцами. Премьер-министр Бельгии фактически сказал: «только через мой труп». По словам дипломата, многие в Брюсселе «бились головой о стену», пытаясь решить этот вопрос. «Кто вообще найдет в себе энергию и смелость, чтобы снова поднять его? Я готовых к этому не вижу», — признал один из собеседников DW.
Ключевым фактором остается позиция Бельгии. Именно там — в депозитарии Euroclear — находится значительная часть замороженных российских активов.
Бельгийские власти и некоторые эксперты в Брюсселе указывают на целый ряд рисков, связанных с возможным использованием основной суммы активов, поскольку подобная мера стала бы беспрецедентной.
Речь идет не только о политических последствиях, но и о юридических и финансовых. Дипломаты говорят о возможных судебных исках, о потенциальном подрыве доверия к европейской финансовой системе и о риске создания прецедента изъятия суверенных резервов — шага, который может повлиять на статус евро как резервной валюты. Кроме того, значительная часть юридической и финансовой ответственности легла бы именно на Бельгию как страну, где эти средства хранятся. В ЕС опасаются, что возвращение к этой теме в нынешних условиях может спровоцировать кризис доверия внутри блока и обострение отношений между государствами-членами.
Венгрия: тактика, а не стратегия?
Еще один фактор — действия Будапешта. По мнению нескольких дипломатов ЕС, венгерское вето может носить скорее тактический характер. По их оценкам, действия премьер-министра Виктора Орбана связаны не столько с намерением заблокировать помощь Украине как таковую, сколько с решением внутренних политических и экономических задач. Если удастся найти компромисс вокруг поставок нефти по трубопроводу «Дружба», блокировка кредита может быть снята.
«Как только нефть снова пойдет по трубам, вопрос решится», — сказал один из дипломатов. «А Орбан скажет своим избирателям: смотрите, какой я крутой переговорщик», — добавил другой. Парламентские выборы в Венгрии назначены на 12 апреля.
В кулуарах ЕС говорят, что путь к разблокированию кредита постепенно намечается. Обсуждается возможность формальной оценки ущерба нефтепроводу «Дружба» и даже символической инспекционной поездки — шага, который позволил бы Будапешту представить ситуацию как дипломатический результат. Некоторые собеседники также указывают, что давление со стороны Венгрии может быть связано и с другими финансовыми темами, включая ее собственные запросы в рамках оборонных инструментов ЕС.
В этой ситуации возвращение к теме конфискации активов выглядело бы для многих в Брюсселе избыточной эскалацией. «Главное сейчас — это кредит Украине. Это большая проблема», — подчеркнул один из европейских дипломатов.
«Рано или поздно активы понадобятся»
При этом дипломаты не считают вопрос окончательно закрытым в долгосрочной перспективе. «Однако Еврокомиссии придется представить новое, гораздо более убедительное и научно обоснованное предложение», — отметил один из дипломатов. «Если война затянется еще на три-четыре года, нам понадобятся замороженные активы — рано или поздно», — сказал другой. В Брюсселе обсуждаются и возможные «креативные» решения — например, передача активов на общеевропейский уровень для снижения рисков для Бельгии.
Таким образом, заявление Йоханна Вадефуля отражает политическую оценку текущего момента, но не формальное закрытие вопроса: политический мандат сохраняется, Европарламент продолжает настаивать на использовании активов.
Однако в Совете ЕС нет необходимого большинства для реализации этой идеи, а активной работы над новым механизмом принятия решений сейчас не ведется. В результате дискуссия поставлена на паузу и ее возобновление будет зависеть прежде всего от политической динамики внутри самого Евросоюза.