В войне России против Украины новейшая техника полностью изменила характер боевых действий. DW наблюдала, как воздушная разведка и наземные роботизированные платформы Нацгвардии Украины работают в Харьковской области.Местность близ украинско-российской границы выглядит безжизненной: поля с неубранной кукурузой, частично разрушенные покинутые деревни, пустые трассы со сгоревшими автомобилями. Активные боевые действия не заметны, на первый взгляд все неподвижно, но над районом постоянно работают разведывательные дроны. Изображения с них поступают на мониторы командного пункта одного из батальонов 13-й бригады Нацгвардии «Хартия». КП расположен в нескольких километрах от передовой, в подвале заброшенного дома к северу от Харькова.
Комбат «Гром»: Читаем знаки с неба
Комбат с позывным «Гром» непрерывно наблюдает за мониторами. При хорошей погоде задача разведки — выявлять даже минимальные признаки возможного приближения противника. Командир говорит, что в современных условиях обычные окопы и блиндажи малоэффективны, поэтому «вся пехота — как украинская, так и вражеская — роет туннели под землей, чтобы быть недоступной для атакующих дронов».
Чтобы найти следы врага, продолжает «Гром», надо буквально «с неба читать знаки на земле»: новый мусор на улицах заброшенных деревень, свежая земля у заборов, куча веток у деревьев, дрова посреди двора.
Оператор Алексей направляет дрон к одному из домов, замечает следы возле колодца: «Похоже на следы животного, но теоретически кто-то мог набирать воду. Нам нужно проверить позже». В то же время Алексей по приказу командира проверяет шоссе, где разведка заметила гражданскую машину, остановившуюся на несколько минут возле лесной зоны. «Враг так часто доставляет разные грузы для пехоты», — объясняет Алексей DW. Если разведка обнаружит укрытие, туда будут отправлены ударные дроны. «Враг делает то же самое. Тот, у кого лучшее укрытие и превосходство в дронах, доминирует», — добавляет «Гром».
Главное — сохранить жизнь бойцов
Подземные укрытия должны оставаться незаметными как можно дольше. Поэтому украинская армия все активнее использует наземные роботизированные комплексы (НРК) для перевозки боеприпасов, продовольствия, топлива, для минирования и эвакуации раненых. Такие платформы способны транспортировать сотни килограммов, снижая риск потерь среди личного состава.
Противник активно пытается уничтожать эти машины, говорит командир роты НРК бригады «Кара-Даг» с позывным «Скрудж» в беседе с DW. Вместе со своими подчиненными он каждую ночь отправляет наземные роботизированные системы с грузом на позиции. Корреспондент DW встречается c ним около полуночи на окраине села в районе Купянска.
Ночная миссия робота «Мрия»
Первой к отправке готовят платформу «Мрия». Подготовка НРК идет быстро — недалеко кружат ударные российские беспилотники. На платформу быстро загружают квадрокоптеры, провизию и топливо. Согласно плану, НРК должна доставить груз в течение двух часов. Управляет ею оператор, находящийся в 40 км от платформы. За роботом сверху наблюдает пилот разведывательного дрона из другого командного пункта, который находится примерно в 20 километрах.
Во время движения «Мрия» вынуждена остановиться — разведка фиксирует появление вражеского ударного дрона. «Этот FPV аналоговый. Его радиогоризонт не позволяет атаковать. Вперед», — услышал пилот-разведчик по рации. Однако спустя около часа «Мрия» все же подвергается атаке, и на мониторе КП роты видят, что груз горит.
«Скрудж» поясняет, что эта платформа уже получала повреждения раньше и, возможно, снова будет восстановлена механиками. Другие поставки были успешными, поэтому, по мнению Скруджа, потеря «Мрии» не является чем-то критичным, меняющим ход событий: «Это всего лишь машина. Главное для нас — чтобы ни один человек не погиб».
Будущее: роботы и дроны вместо пехоты
Командир уверен, что развитие украинских НРК происходит быстрее, чем у противника. В мастерской роты он показывает боевую роботизированную платформу с установленным на ней американским крупнокалиберным пулеметом Browning. Сам робот может «затаиться» и длительное время находиться в режиме ожидания, питаясь от аккумуляторов.
«Когда такой робот с пулеметом подходит к врагу на расстоянии полутора километров от позиций, это уже морально удручает», — считает механик роты Юрий.
Сам «Скрудж» — потомственный военный, он убежден, что будущее войны — за автономной техникой. Ротный предполагает, что со временем на поле боя будут действовать почти исключительно роботы и беспилотники, а люди будут находиться в десятках километров от них и управлять всем дистанционно. Он замечает, что те операции, которые журналисты наблюдали ночью в харьковской степи, уже сейчас «можно контролировать из любой точки мира».
