Война в Иране привела к остановке транзитных маршрутов, поставив под удар экономику соседней Армении. Этот кризис чреват геополитическими последствиями — еще большей зависимости армянской энергетики от ресурсов из РФ.Военная операция США и Израиля против Ирана, сопровождающаяся массированными ударами по инфраструктуре Исламской Республики, создает серьезные экономические вызовы для ее соседей. Для Армении, не имеющей выхода к морю, Иран — не просто значимый торговый партнер, но и важная транзитная артерия, обеспечивающая до 25% внешней торговли страны. О том, как к этой ситуации адаптируется Армения, столкнувшаяся сразу c несколькими экономическими вызовами, — в материале DW.
Несмотря на официальные заверения в том, что сухопутная граница Армении с Ираном остается открытой, логистические цепочки уже стали проблематичными. Армянские грузоперевозчики сообщают о фактической приостановке транзитной логистики через Иран, а также из Ирана в Армению и обратно.
Так, фактически прекратили движение грузы из Китая и Индии, обычно поступающие в Армению через иранские порты, в частности Бендер Аббас, контейнерами. Сразу в нескольких логистических компаниях корреспонденту DW сообщили о резком ослаблении транзита армянских грузов по территории Ирана из-за того, что в портах никаких операций не происходит, а суда с товарами, в том числе армянскими, простаивают из-за боевых действий.
Удар по импорту: что теряет армянский рынок
Товарооборот между странами в 2025 году превысил 768 млн долларов, увеличившись на 4,2% по сравнению с предыдущим годом. Однако несмотря на то, что доля Исламской Республики в общем внешнеторговом обороте Армении составляет скромные 3,6%, структура торговли остается резко асимметричной. Отрицательное сальдо Армении в торговле с соседом приблизилось к 680 млн долларов, что указывает на доминирование иранского импорта. Хотя в общем объеме ввозимых товаров на Иран приходится лишь 5,2%, по ряду товарных позиций зависимость армянского рынка от соседней страны остается весьма существенной.
Вопреки заверениям кабинета министров в Ереване о том, что Армения была готова к эскалации между Ираном и Израилем и приняла меры по недопущению дефицита товаров при возникновении «такой ситуации», специалисты сохраняют скепсис. Официальная позиция, согласно которой основные риски были просчитаны заблаговременно, сталкивается с экспертным мнением о сохраняющейся уязвимости национальной экономики.
В случае длительной блокады иранских маршрутов из армянского импорта рискуют выпасть или существенно сократиться поставки важных для армянского рынка товаров. В первую очередь это строительные материалы: Иран обеспечивает 92% импортируемого в Армению цемента (по данным за первое полугодие 2025 года), а также поставляет стальные и железные прутья (на 41 млн долларов в первой половине 2025 года), битум, полиэтилен и керамическую плитку.
Ключевой статьей иранского импорта остаются энергоносители. На долю ИРИ приходится до 20% природного газа, потребляемого Арменией в рамках бартерной схемы «газ в обмен на электроэнергию». По мнению экономистов, зависимость в этом секторе не является критической: в случае перебоев Ереван может оперативно компенсировать дефицит за счет увеличения поставок от своего основного энергетического партнера — России.
Кроме того, иранские СМИ уже сообщили о запрете на экспорт сельскохозяйственной продукции, что напрямую ударит по поставкам на армянский рынок продовольствия: молочной продукции, сливочного масла, овощей и цитрусовых. Сложности с поставками этих товаров армянский рынок, по мнению экономистов, будет ощущать особенно в зимние и весенние месяцы, когда местное производство из-за ограниченных возможностей столкнется с проблемой насыщения рынка.
Опасения по поводу резкого скачка цен на строительные материалы, в частности на завозимые из Ирана цементные смеси, как отмечает гендиректор портала экономических новостей «Финпорт», экономический обозреватель Эммануил Мкртчян, тоже пока не оправдываются. Эксперт обращает внимание на то, что основные очаги напряженности находятся на юге и в центре страны (включая Тегеран). «Север Ирана свободен и живет своей жизнью. Мы не видим ни беженцев из Ирана, ни паники. Страна работает и производит», — отмечает в беседе с DW Эммануил Мкртчян.
Инфляция и ценовые шоки
Центральный банк Армении пока оценивает прямое инфляционное давление от конфликта в пределах 0,5%, отмечая, что риски для финансовой стабильности невелики. Однако экономисты предупреждают о неизбежном росте цен по нескольким категориям.
Так, ожидается подорожание бензина и дизельного топлива. Хотя Армения импортирует топливо преимущественно из России (более 60%), а также из Румынии и Болгарии, скачок мировых цен на нефть на фоне кризиса в Ормузском проливе, по мнению экономистов, отразится на внутренних ценах. Кстати, негативные последствия уже ощущаются в этом сегменте рынка: в последние дни сообщается о росте цен на бензин на некоторых автозаправочных станциях армянской столицы на 7-8%.
Дополнительным фактором экономического напряжения может стать массовая миграция из Ирана, чего пока не наблюдается. Однако аналитики все же проводят параллели с 2022 годом, предупреждая, что резкий приток людей создаст высокую нагрузку на рынок, спровоцировав новый виток цен на аренду недвижимости. Впрочем, в ЦБ не исключают и локального позитивного эффекта в виде притока нового капитала и рабочей силы.
Что касается армянского экспорта в Иран, то он исторически узок, и львиную долю в нем занимается электричество, которое поставляется в ИРИ в обмен на газ. Иран — экспортно ориентированная страна с жесткой системой протекционизма и развитым импортозамещением, отмечает Мкртчян, поэтому он не прогнозирует существенных потерь для армянских экспортеров.
Поиск альтернатив
В условиях, когда южный логистический коридор оказался под угрозой, Армения вынуждена экстренно пересматривать пути поставок. Традиционно основным сухопутным окном во внешний мир для страны, наряду с Ираном, является Грузия, на которую теперь ляжет дополнительная логистическая нагрузка.
«В таком случае у нас есть только один выход, максимально использовать грузинское направление, грузинские порты и инфраструктуру для поставок товаров в Армению», — пояснил DW Гагик Агаджанян, исполнительный директор крупнейшей в Армении экспедиторской компании «Апавен».
Приостановка иранского направления транзита, по мнению Эммануила Мкртчяна, окажет однозначно негативное влияние на армянскую экономику. Альтернативные маршруты, например через порты Грузии, существуют, однако доставка грузов до них сопряжена с дополнительными логистическими трудностями и затратами.
«Удорожание логистики неизбежно подогреет инфляцию в Армении. У нас и так идет инфляция. Я не думаю, что она очень подскочит, так как сам товарооборот в абсолютных цифрах небольшой. Но снижения инфляции не будет точно», — подчеркивает Мкртчян, с которым согласны также в Центральном банке Армении.
«В случае углубления конфликта возможны удорожание перевозок и рост расходов на импорт и экспорт», — констатируют в армянском Центробанке. Насколько затяжным окажется этот стресс-тест для экономики, будет зависеть от интенсивности и географии продолжающейся войны.
Между тем кризис на южном направлении помимо негативного экономического эффекта, по оценкам экспертов, приведет к геополитическим последствиям: а именно к перестройке торговых потоков с увеличением и без того высокой зависимости армянского энергосектора от российских ресурсов.
«Если иранское направление закроется, то российское однозначно расширится, потому что иных поставок быть не может. Если мы потеряем те 10% нефтепродуктов, которые шли из Ирана, компенсировать их придется в первую очередь из России», — пояснил Мкртчян.
Кризис — шанс для Еревана и Баку?
Текущий логистический кризис на иранском направлении теоретически мог бы послужить катализатором для ускорения разблокировки транспортных коммуникаций между Арменией и Азербайджаном — процесса, получившего дополнительный импульс после подписания вашингтонских соглашений в августе 2025 года.
Однако на практике ситуация развивается иначе. Эммануил Мкртчян скептически оценивает вероятность быстрой экономической интеграции на фоне текущих событий. Осуществляемые в настоящее время единичные грузоперевозки (в частности, транзитные составы с горюче-смазочными материалами и кормовым зерном) эксперт характеризует не как начало системной работы новых маршрутов, а как ситуативные политические реакции.
По оценке аналитика, эти неординарные поставки стали результатом конкретных договоренностей, которые в предвыборный период выступают в качестве политической поддержки действующего руководства Армении. «В связи с этим Мкртчян прогнозирует, что реальных и масштабных экономических сдвигов в вопросе коммуникаций не следует ожидать как минимум до середины лета: до этого момента все решения будут в значительной степени зависеть от исхода предстоящих в июне этого года парламентских выборов», — резюмирует эксперт.