Узбекистан делает ставку на атомную энергетику. Проект первой в стране АЭС может изменить не только внутренний рынок, но и расстановку сил в Центральной Азии.Миссия МАГАТЭ планирует во второй половине 2026 года посетить Узбекистан, чтобы оценить ход реализации проекта строительства первой в республике атомной электростанции. Генеральный директор агентства Рафаэль Гросси получил от узбекских властей приглашение принять участие в церемонии начала первых бетонных работ на площадке станции в Джизакской области. Об этом 11 марта сообщила пресс-служба Агентства по атомной энергии Узбекистана («Узатом») по итогам встречи директора этого ведомства Азима Ахмедхаджаева с главой МАГАТЭ на Втором международном саммите по атомной энергетике в Париже.
В последние годы страны Центральной Азии все активнее рассматривают атомную энергетику как инструмент решения проблемы растущего энергопотребления. Наиболее заметно в этом направлении продвинулись Казахстан и Узбекистан: Ташкент подписал соглашение с российским монополистом «Росатом» о строительстве первой атомной электростанции, Астана выбрала эту же российскую госкомпанию лидером международного консорциума для реализации проекта первой казахстанской АЭС.
«От энергетики выживания к энергетике развития»
Почему именно сейчас Узбекистан делает ставку на атом? «Это переход от энергетики выживания к энергетике развития. В 2035 году потребность страны вырастет до 121 млрд кВт/час. Ресурс газа при этом ограничен. Нам выгоднее его перерабатывать в полимеры с высокой добавленной стоимостью, чем просто сжигать», — поясняет координатор Центра энергетической дипломатии и геополитики Института перспективных международных исследований Хаётжон Ибрагимов.
По его словам, за последние пять лет Узбекистан нарастил генерацию электроэнергии почти на 21% за счет ввода новых мощностей возобновляемых источников энергии и гидроэнергетики. При этом в энергобаланс решено включить и атомные электростанции, так как солнце и ветер дают энергию периодически, а АЭС обеспечивает стабильную базу.
Риски и вызовы
Атомная энергетика не только диверсифицирует энергобаланс, но и несет в себе определенные риски. Ибрагимов выделяет три ключевых вызова. Первый — водный дефицит: охлаждение реактора в условиях маловодья остается сложной задачей. По его словам, проект адаптирован под сухие градирни или замкнутые циклы, чтобы минимизировать забор воды из системы озера Тузкан.
Второй — геополитическая устойчивость. В условиях логистических и геополитических рисков важно обеспечить бесперебойность поставок всех компонентов будущей станции, указывает Ибрагимов. Узбекистан намерен решить этот вопрос через глубокую локализацию компонентов, диверсификацию логистических маршрутов и привлечение международных подрядчиков — таких как Венгрия, Франция, Китай, Россия.
Третий важный аспект, связанный с атомной электростанцией, — сейсмичность. Как отмечает эксперт, площадка АЭС в Фаришском районе Джизакской области Узбекистана рассчитана на устойчивость к девятибалльным толчкам. Кроме того, критически остро стоит кадровая проблема: «Для эксплуатации АЭС Узбекистану нужно порядка 2-3 тысяч специалистов высшей квалификации». Впрочем, этот вопрос Ибрагимов называет управляемым: подготовка кадров уже ведется, в том числе через стажировки на действующих атомных объектах в разных странах.
Вопрос прозрачности проекта
Проект строительства первой АЭС в Узбекистане планируют реализовать без проведения тендера, это создает проблему непрозрачности — в частности, не раскрывается информация о кредите и процентных ставках, указывает другой узбекский эксперт, пожелавший дать комментарий анонимно из-за статуса «нежелательной организации» DW в России.
Собеседник отмечает, что строительство одной АЭС длится минимум 10 лет и может растянуться на 15-20 лет, что напрямую влияет на финансовые затраты. В качестве примера он упоминает опыт Турции: изначально строительство АЭС «Аккую», которое еще не завершено, оценивалось в 20 млрд долларов, но в ходе реализации прогнозируемая стоимость выросла примерно до 24 млрд долларов.
АЭС изменит баланс сил в Центральной Азии
Чтобы минимизировать риски, необходимы прозрачность, постоянный мониторинг и открытые данные для населения и соседей по региону, подчеркивает Хаётжон Ибрагимов. По его мнению, для безопасной эксплуатации АЭС в долгосрочной перспективе, требуется абсолютная независимость регулятора. «Безопасность — это не только толщина бетона, это еще и институты. Инспекция по атомной энергии должна иметь право остановить любой процесс без оглядки на министерство, — настаивает эксперт. — У нас должен быть законодательный щит, то есть полная интеграция в Венскую конвенцию по международной ответственности».
Ибрагимов считает, что АЭС изменит баланс сил в Центральной Азии: Узбекистан в целом превращается в главного экспортера чистой базовой энергии, а АЭС позволит не просто закрыть дефицит электроэнергии, но и стабилизировать объединенную энергосистему региона. «Это инструмент мягкой силы. Мы сможем поставлять излишки в Казахстан, Кыргызстан или Афганистан, снижая их зависимость от угольной генерации», — уверен ведущий научный сотрудник Центра энергетической дипломатии и геополитики.
Казахстан и Узбекистан: конкуренция или кооперация?
На этом фоне возникает вопрос: конкурируют ли Узбекистан и Казахстан между собой или дополняют друг друга? Обе страны практически одновременно запустили программы развития атомной энергетики. Однако, по словам Ибрагимова, речь скорее о синхронном движении в сторону региональной энергетической безопасности, чем о соперничестве. Хотя элементы соперничества за статус технологического хаба присутствуют, но преобладает логика кооперации.
Страны выбрали разные стратегии, что снижает прямую конкуренцию, полагает эксперт. Так, Узбекистан сделал ставку на гибридную модель АЭС с блоками большой и малой мощности, что позволит стать ему первым в мире экспортером опыта эксплуатации малых модульных реакторов. Казахстан же ориентируется на покрытие дефицита электроэнергии на юге страны. При этом обе республики формируют единый стандарт безопасности: в феврале 2026 года были проведены переговоры о создании регионального центра компетенций по атомной энергетике. «Это признаки здравого развития именно в кооперации», — заключает Хаётжон Ибрагимов.
Ставка на малые АЭС
Помимо Казахстана и Узбекистана, атомные проекты рассматривают и другие страны региона. Кыргызстан еще в 2022 году подписал меморандум с «Росатомом» о строительстве АЭС малой мощности, но окончательное решение пока не принято. В Таджикистане этот вопрос находится на стадии обсуждения.
По словам киргизского специалиста в области энергетики Эрнеста Карыбекова, бывшего председателя Института по исследованию водных проблем и гидроэнергетических ресурсов в Центральной Азии, атомные станции необходимы, поскольку потребление электроэнергии растет, а зеленая энергетика не может обеспечить достаточную энергетическую безопасность из-за зависимости от погодных условий. Например, Кыргызстан за короткий срок из экспортно-ориентированной стал импортозависимой страной.
Наиболее приемлемым вариантом для региона он считает малые АЭС, так как они более устойчивы к нагрузкам и сейсмически безопасны. При этом, подчеркивает Карыбеков, при реализации атомных проектов важно заранее решать вопросы утилизации отходов и финансирования.
