Впервые за 14 лет правления партии «Грузинская мечта» в стране произошло задержание по обвинению в шпионаже в пользу России. Сначала Служба госбезопасности сообщила об аресте гражданина Грузии, работавшего на иностранное государство – за денежное вознаграждение он фотографировал места дислокации силовых структур и стратегические объекты. Позже проправительственный телеканал «Рустави-2» распространил «эксклюзив», что речь идет о России. А затем уже Радио Свобода выяснило: задержан 27-летний уроженец оккупированного Ахалгори Тамаз Голоев.
Эксперты обращают внимание на то, что беспрецедентный случай произошел буквально сразу после объявления о кадровых перестановках в СГБ – одного из самых влиятельных государственных ведомств Грузии. Премьер-министр Ираклий Кобахидзе снял с должности главу службы Мамуку Мдинарадзе – человека, который считался надежным членом его команды.
Уже после отставки политик дал интервью провластному телеканалу «Рустави-2», в котором прокомментировал дело о шпионаже. На уточняющий вопрос ведущих, о работе на какую страну идет речь, Мдинарадзе не ответил. Однако журналистка сделала недвусмысленный комментарий: «Мы можем предположить, что у ваших оппонентов не будет оснований говорить, что вы никогда не выявляли шпионов этой страны».
Некоторые критики власти расценили сам кейс с арестом именно как «галочку» о проделанной работе. Экс-Омбудсмен Уча Нануашвили, к примеру, заявил, что Служба госбезопасности задержала молодого мужчину, занимавшегося мелкой торговлей, в то время как в Грузии сегодня проживают десятки тысяч россиян, среди которых действительно могут быть агенты иностранных спецслужб.
Так или иначе, объявляя об отставке Мдинарадзе с должности главы СГБ, премьер-министр Ираклий Кобахидзе поблагодарил его за «успешную работу» и «важные достижения». Одновременно он объявил о создании фактически под Мдинарадзе новой структуры – аппарата госминистра по вопросам координации правоохранительных органов, а также о его назначении вице-премьером. Но самой яркой демонстрацией признания достижений Мамуки Мдинарадзе стало досрочное присвоение ему звания генерал-майора.
В оппозиции и экспертном сообществе эти решения расценили исключительно как утешительный приз на фоне серьезного понижения в должности. На пост руководителя СГБ выдвинут Гела (Гека) Геладзе – глава МВД и один из проверенных кадров, работающих в силовой системе еще со времен Михаила Саакашвили. Портфель министра внутренних дел передали главе правительства Аджарской автономной республики Сулхану Тамазашвили, а должность последнего займет Зураб Патарадзе, в прошлом уже занимавший этот пост.
Несмотря на цепочку кадровых перестановок, ключевым звеном эксперты и критики власти считают именно смену главы Службы госбезопасности. «Никогда не слышал, чтобы человека повысили до генерала и уволили с должности в один и тот же день», – отреагировал один из лидеров оппозиции Ника Гварамия.
Присвоение звания генерал-майора СГБ стало пятым повышением в чине для Мдинарадзе за последние пять месяцев. Поэтому неожиданная отставка с поста главы службы породила в обществе множество слухов. Одни считают, что кадровые перестановки нацелены на еще большую централизацию контроля в силовом блоке, другие – что это свидетельствует о нестабильности власти и дефиците доверия внутри системы.
Сам Мдинарадзе в интервью провластному телеканалу Imedi сообщил, что кадровое решение на самом деле было принято еще семь-восемь месяцев назад, а пост главы СГБ он занимал лишь временно, и это якобы было очевидно с самого начала: «Тогда была такая необходимость, и у нас не было на 100% решено, как именно все будет развиваться – пойдет ли это по такой динамике или нет».
Политолог Гия Хухашвили предлагает воспринимать отставку Мдинарадзе как сохранение его персоны исключительно в статусе «свадебного генерала». Сообщения о создании аппарата госминистра по координации силового блока эксперт считает несерьезными:
«Во-первых, такой должности вообще нет. Ее просто не существует. Это как назвать должность, которая или сформируется, или нет – мы и этого пока не знаем. Так что, в принципе, эти перестановки, конечно же, надо интерпретировать как его отставку. На этом этапе, во всяком случае».
Бывшая глава парламентского комитета по юридическим вопросам Эка Беселия считает новую должность бутафорной. Ей непонятно, каким образом Мдинарадзе будет координировать работу силовых структур, поскольку сегодня кабинет министров Грузии не контролирует все из них. Беселия обращает внимание, что Служба госбезопасности уже не находится в подчинении правительства и подотчетна парламенту, прокуратура является независимой институцией, также выведенной из правительственных структур.
Член партии «За Грузию» Бердия Сичинава также считает, что «ни о какой координации не может быть и речи»: «У него будет функция почтальона. Координирующим органом был Совет национальной безопасности, но его упразднили. Кобахидзе сам говорил, что сам будет координатором. Как может министерство, у которого не будет собственного здания и которое будет размещено в двух комнатах канцелярии, выполнять серьезные функции – мне такое сложно представить».
Ряд экспертов расценил смену руководства Службы госбезопасности как часть политики по ограничению полномочий премьер-министра Ираклия Кобахидзе. Череда предыдущих кадровых перестановок воспринималась как усиление позиций Кобахидзе, что, как считают некоторые политологи, могло вызвать опасения основателя «Грузинской мечты» и миллиардера Бидзины Иванишвили. В беседе с SOVA Гия Хухашвили предположил, что истинной целью перегруппировки может быть смещение нынешнего премьера.
«Он подбирается к Кобахидзе. Его стерилизуют. Сейчас, в принципе, после этих перестановок Кобахидзе уже находится между небом и землей, поскольку, если у него и была иллюзия, что он хоть что-то контролировал, теперь вообще в подвешенном состоянии. Эта технология безумия известна, он [Иванишвили] создает людям иллюзию власти, а потом поводок постепенно укорачивает. И мы получаем картину, когда Кобахидзе – и так формальный премьер-министр – и вовсе отдаляется от реальной власти. Ну а следующим шагом будет, скорее всего, повешение на том самом поводке, который уже максимально укорочен».
В целом Хухашвили считает, что Иванишвили, как инициатор этих перестановок, заинтересован в замене «молодых деятелей, которые, насколько я понимаю, поднадоели», на людей без особых «политических амбиций». Так политолог описывает и новых глав МВД и СГБ.
Примечательно, что влиятельнейшая Служба госбезопасности Грузии за последние 10 лет пять раз меняла руководителей. На протяжении четырех лет ее возглавлял Вахтанг Гомелаури, затем свыше пяти – Григол Лилуашвили. Оба считались людьми из близкого окружения бывшего премьер-министра Ираклия Гарибашвили. А сегодня все трое – фигуранты уголовных дел, что эксперты расценивали именно как следствие клановой борьбы, где группа Кобахидзе одержала верх.
В 2025 году, после отставки Лилуашвили, СГБ возглавил депутат Анри Оханашвили, но он продержался в кресле руководителя спецслужб лишь чуть больше четырех месяцев. На смену Оханашвили пришел Мдинарадзе – его коллега по парламенту. Это решение тогда воспринималось как окончательная победа клана Кобахидзе во внутрипартийной борьбе. И, как считает политолог Гия Хухашвили, такой разворот насторожил Бидзину Иванишвили.
По словам эксперта, в определенный момент у отдельных представителей власти появилось ощущение автономии и возможности действовать вне прежних ограничений. Эта «иллюзия самостоятельности», считает Хухашвили, привела к тому, что внутри элиты начались попытки перераспределения влияния:
«Был момент, когда Бидзина как бы терял контроль. Тогда система зашевелилась, и эта иллюзия власти сыграла злую шутку с Кобахидзе, Каладзе и другими. Они поверили, что он отошел, и могут действовать более свободно».
Теперь, как считает Хухашвили, ситуация возвращена под контроль, а внутренняя конфигурация власти – переформатирована. По словам политолога, ключевой центр принятия решений «восстановил порядок» и фактически заново выстроил баланс внутри системы, «поставив всех на свое место».
