9 мая от Путина неожиданно поступили миролюбивые сигналы и прозвучало имя Шрёдера как возможного посредника в переговорах. Это шанс завершить войну в Украине? Об этом пишет Дирк Эммерих в рубрике «Берлинский инсайдер».9 мая — День Победы над Гитлером и фашизмом. Я помню, как мой отец — тогда дипломат в Москве — взял меня, маленького мальчика, на парад на Красную площадь в 1967 году. Тогда по советской традиции парад проходил 1 мая. Я ощутил атмосферу глубокой торжественности. Страна гордилась тем, что пережила и чего добилась в Великой Отечественной войне.
Тогда отец объяснил мне и разницу с Германией, где День освобождения от национал-социализма отмечается 8 мая. Поскольку акт о безоговорочной капитуляции гитлеровцев был подписан в Берлине поздно вечером, в Москве уже наступил следующий день.
То, что в 1985 году президент ФРГ Рихард фон Вайцзекер (Richard von Weizsäcker) исторически охарактеризовал как «День освобождения от бесчеловечной системы национал-социалистической тирании», сегодня является частью немецкого самосознания. Я родился лишь через несколько лет после этого, но не знаю, кем бы я стал, если бы не было 8 мая 1945 года.
Россия и Германия прошли долгий путь примирения. Одним из кульминационных моментов лично для меня стал 2015 год: в 70-ю годовщину Победы у могилы Неизвестного солдата прозвучал немецкий гимн — в присутствии канцлера Ангелы Меркель (Angela Merkel). Я тогда освещал это событие из Москвы в качестве корреспондента. В 1967 году такой сигнал был бы совершенно немыслим.
Между исторической памятью и войной в Украине
С момента начала полномасштабного вторжения России в Украину в феврале 2022 году 9 мая стало другим днем. Владимир Путин считает, что Россия снова находится в процессе экзистенциальной борьбы — на этот раз против НАТО и предполагаемых «нацистов из Киева». Исчезло общее понимание исторического значения этих майских дней. Кремль обвиняет Германию в «безудержной милитаризации» и использует нарратив «осажденной крепости». Зампредседателя Совбеза РФ Дмитрий Медведев даже приписывает канцлеру ФРГ Фридриху Мерцу (Friedrich Merz) стремление к «историческому реваншу».
Речь идет уже не об исторической памяти, а о прерогативе толкования войны в Украине. Немецкие власти также способствовали отчуждению между Москвой и Берлином, не пригласив в прошлом году представителей России и Беларуси на памятные мероприятия по случаю 80-летия окончания Второй мировой войны. На мой взгляд, это была ошибка, ведь освобождение Германии от нацизма в мае 1945 года не имеет ничего общего с войной России против Украины.
Или, может быть, все-таки имеет? Разве тогда, помимо победы над Гитлером, целью не было также стремление к власти и расширению сфер влияния между крупными державами? Сегодня немцы и русские рассматривают ту историю в совершенно разных контекстах.
Для Путина 9 мая по-прежнему остается днем демонстрации силы. Однако в этом году парад на Красной площади выглядел слабо. Из-за опасений по поводу возможной атаки украинских дронов не было тяжелой военной техники — только пролетевшие истребители окрасили небо в цвета российского национального флага.
Несмотря на согласованное Москвой и Киевом временное перемирие, мобильный интернет в столице РФ был отключен, а меры безопасности оставались чрезвычайно строгими. К населению страны постепенно приходит осознание — все идет далеко не столь хорошо, как утверждает Кремль.
Герхард Шрёдер в качестве посредника?
А затем вечером на пресс-конференции прозвучали эти неожиданные слова. «Я думаю, что дело идет к завершению, но все-таки это серьезная вещь», — сказал российский лидер, имя в виду войну в Украине. Если будет заключено долгосрочное мирное соглашение, он готов встретиться с президентом Украины Владимиром Зеленским. Хозяин Кремля также добавил, что хотел бы, чтобы в качестве посредника выступил экс-канцлер ФРГ Герхард Шрёдер (Gerhard Schröder).
Ищет ли Владимир Путин стратегию выхода из войны? Даже в российских государственных СМИ его заявление стало главной новостью. Однако, если рассматривать эти слова в контексте всей пресс-конференции, то скептицизм по-прежнему оправдан. Отвечая на другие вопросы журналистов, Путин никоим образом не продемонстрировал готовность к компромиссу. Он хочет мира, но все также только на своих условиях.
Может ли в данном случае Германия выступить в качестве посредника, да еще и при участии Герхарда Шрёдера, который в последнее время вызывает у многих немцев крайне противоречивые оценки? Для этого потребовалось бы согласованное решение на европейском уровне.
Это, вероятно, будет не так просто после односторонних действий ФРГ, запустившей проект «Северный поток — 2» совместно с Путиным даже после аннексии Крыма в 2014 году, что вызвало резкую критику по всей Европе. Но Евросоюзу уже давно пора бы занять место за столом переговоров. Поспешно и резко отказаться от него было бы опрометчиво.
Только сам Владимир Путин знает, стремится ли он сейчас к настоящим переговорам после многих лет обмана. В любом случае один из ключевых выводов остается неизменным: Путин может закончить войну хоть завтра. Ему нужно было бы просто прекратить ее вести. 9 мая 2026 года — день, который был мало связан с первоначальным значением этой даты, но, возможно, он все же останется в памяти.
Автор: Дирк Эммерих (Dirk Emmerich), корреспондент немецких телеканалов n-tv и RTL, много лет жил и работал в Москве, а также в Вашингтоне, был корреспондентом n-tv в Сирии, Ливии, Афганистане и других странах, охваченных военными конфликтами.
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.