Заразившийся в Западной Африке вирусом Эбола американский врач сейчас проходит лечение в берлинской клинике «Шарите — в строго изолированном спецотделении», одном из лучших в мире.
Американский врач, заразившийся вирусом Эбола во время его вспышки в Демократической Республике Конго (ДРК), в данный момент проходит лечение в спецотделении берлинской клиники «Шарите». Власти США обратились за помощью к Германии из-за более короткого расстояния для перелета в подходящее медучреждение.
«Состояние пациента может быть критическим. Возможности лечения во время эвакуационного рейса ограничены. Поэтому цель состояла в том, чтобы максимально сократить маршрут, одновременно обеспечив доставку в медцентр с очень высокими стандартами», — сообщил DW врач и глава консалтинговой фирмы Pandemic Shield Томас Периш (Thomas Pärisch).
Вирус Эбола, вызывающий одноименную геморрагическую лихорадку, встречается преимущественно в некоторых частях Африки и считается там эндемичным — это означает, что он регулярно появляется в определенных регионах. Речь идет о зоонозе — инфекционном заболевании, постоянно циркулирующем в животном мире и неоднократно передававшемся человеку.
Лечение Эболы — только в спецотделениях больниц
В Германии заразившихся вирусом Эбола лечат исключительно в специальных отделениях — в палатах, полностью изолированных от остальной части больницы. Так же это происходит и в «Шарите». По данным министерства здравоохранения ФРГ, никакой опасности для населения страны нет.
В процессе лечения принимаются всеобъемлющие меры безопасности: отработанный воздух фильтруется, сточные воды собираются и нейтрализуются, а загрязненные отходы, такие как защитные костюмы, утилизируются отдельно. Медицинская помощь пациентам — от диагностики до интенсивной терапии — также оказывается преимущественно внутри таких спецотделений. Вирус Эбола относится к категории наивысшего риска (группа риска 4), в которую входят возбудители и других тяжелых вирусных геморрагических лихорадок, например вирусы Ласса и Марбург.
«Поэтому инфицированных лиц нужно транспортировать и лечить в соответствии с высочайшими стандартами безопасности», — делится старший врач и завотделением тропической медицины университетской клиники Дюссельдорфа Торстен Фельдт (Torsten Feldt). Эти стандарты включают, среди прочего, палаты с отрицательным давлением, системы фильтрации воздуха и специальные защитные костюмы с автономной системой подачи воздуха для персонала.
Преимущество Германии — развитая сеть спеццентров и опытные медики
В Германии в общей сложности действуют семь специальных центров лечения высоко инфекционных и опасных для жизни заболеваний. Они объединены в целую сеть специализированных медучреждений STAKOB при Институте Роберта Коха (Robert Koch-Institut).
Помимо технического оснащения, решающую роль играет и высококвалифицированный персонал. «Важнее всего наличие хорошо подготовленных бригад медиков, которые постоянно находятся в режиме ожидания и регулярно проходят подготовку для работы в чрезвычайных ситуациях», — поясняет Фельдт.
Полностью изолированное спецотделение клиники «Шарите» — крупнейшее в своем роде в Германии и единственное, которое объединяет инфекционную медицину и интенсивную терапию. Персонал клиники регулярно тренируется, отрабатывая рабочие процессы и сценарии действий в чрезвычайных ситуациях. Спецотделение автономно и может одновременно принимать до 20 человек, не нарушая работу остальной части «Шарите».
Кроме того, у местных врачей есть международный опыт: некоторые из них вылетали для лечения пациентов во время предыдущих вспышек вируса, в частности, в Западную Африку. Таким образом, констатирует Торстен Фельдт, Германия «заслужила очень хорошую репутацию».
Заболевания вирусом Эбола в Европе редки, а развертывание бригад очень сложно
Лечение заболеваний подобного рода в ФРГ происходит редко. В последний раз несколько пациентов были доставлены сюда самолетом во время крупной эпидемии вируса Эбола в Западной Африке в 2014-2015 годах. Но и сегодня в силе правило: каждый отдельный случай означает огромные логистические и медицинские усилия. «Даже для очень опытных врачей лечение таких пациентов — нечто экстраординарное», — признает Томас Периш.
В то же время исследования показали, насколько важна оптимальная терапия: во время вспышек Эболы в Западной Африке смертность от нее иногда превышала 50%. А среди эвакуированных пациентов в Европе она снизилась примерно до 20%, указывает Периш.
Для выживания пациента важно интенсивное лечение
Лечение лихорадки Эбола — сложный процесс. Существуют специальные препараты для борьбы с инфекциями, вызванными Заирским видом эболавируса. Но для других его вариантов часто доступны только экспериментальные подходы — или лечение носит симптоматический характер.
«Международное сотрудничество имеет решающее значение для обсуждения и предоставления потенциальных вариантов терапии. Но прежде всего необходимо оптимальное поддерживающее лечение, которое может значительно снизить смертность», — указывает Фельдт. В спецотделениях это гарантируется — вплоть до полного интенсивного лечения, что значительно повышает шансы пациентов на выживание.
Однако остается одна ключевая проблема: в случае нынешней вспышки нет одобренной вакцины. Хотя существуют вакцины против некоторых штаммов вируса Эбола, они неэффективны против всех его вариантов. Поэтому Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) сейчас изучает, какие экспериментальные вакцины-кандидаты можно использовать. Однако, вероятно, пройдет еще несколько месяцев, прежде чем они станут доступны.
Сдержать эпидемию Эболы возможно лишь при глобальной помощи на месте
Нынешний случай демонстрирует, что медицина в условиях повышенной безопасности — не только задача национального масштаба, но и часть глобального здравоохранения. В то же время он ясно показывает, что даже у самых современных лекарств есть свои пределы эффективности.
Поэтому для сдерживания распространения вирусов решающее значение часто имеют другие факторы. ВОЗ подчеркивает, что в этом вопросе особенно важны такие аспекты, как просвещение населения, укрепление доверия и соблюдение защитных мер.
В то же время последняя вспышка Эболы выявила структурную проблему: спецотделения строгой изоляции неравномерно распределены по всему миру. Такие палаты в основном существуют в богатых западных государствах, уточняет Томас Периш. По его словам, важно развивать подобные возможности и в странах Глобального Юга — по крайней мере политически стабильных, где создать необходимую инфраструктуру выглядит более реалистичным.