После начала полномасштабной войны России против Украины в белорусских колониях, по свидетельствам бывших заключенных и правозащитников, существенно вырос объем производства продукции военного и двойного назначения. Насколько в это вовлечены политзаключенные и могут ли они отказаться от такой работы?
«Минимум 300 человек работало на «швейке»
Бывший политзаключенный Олег Добрыднев, который отбывал наказание в ИК №2 в Бобруйске рассказал DW, что военное производство в его колонии было налажено по нескольким направлениям: «Цех №1 -«швейка»: шевроны, белорусская и российская форма. Цех №3 — ящики для снарядов РСЗО «Град», минометов, прицелов». По его словам, то, что продукцию выпускают именно по заказу России, в колонии «особо не скрывали».
Добрыднев отмечает, что политзаключенных, как правило, к таким производствам не допускали, но иногда привлекали в рамках так называемых «дополнительных работ». Тогда они могли, к примеру, подрезать шевроны или разгружать ящики. Он также отмечает, что если в 2023 году ежедневно отгружали по 128 ящиков для снарядов «Град», то во второй половине 2024 года — уже по 256. Выросли и объемы швейного производства. «Минимум 300 человек работало на «швейке» днем и ночью», — добавляет Добрыднев.
Выпускали гробы и искусственные цветы
О том, что в белорусских колониях заключенных привлекают к производству тары для боеприпасов, на пресс-конференции 22 декабря в Вильнюсе заявил экс-политзаключенный Максим Сенник (ИК №2, Бобруйск). «Ящики — длина где-то 2 метра, ширина — 50 сантиметров. Это чисто для снарядов, я так понимаю. Плюс еще изготавливают ящики квадратные, большие довольно, сантиметров 80 на 50. Они вроде бы для пуль готовятся», — рассказал Сенник.
Журналисты «Новой газеты. Европа» также поговорили с бывшими политзаключенными из разных белорусских колоний. По словам их собеседников, в учреждениях, где они отбывали наказание, в основном изготавливали ящики для снарядов и шили камуфляж. Среди заказов, появившихся после начала войны, также упоминали гробы, пластмассовые похоронные цветы, одноярусные кровати — на упаковке одной из партий кроватей было указано, что они произведены в Подмосковье по заказу минобороны РФ.
«С высокой долей вероятности все ИК завязаны на нужды ВПК РФ»
«С высокой долей вероятности можно сказать, что производства всех исправительных колоний хоть в какой-то степени завязаны на нужды ВПК РФ», — говорит юрист правозащитного центра «Вясна» Олег Михалевич. По его словам, у правозащитников есть свидетельства из 11 белорусских ИК, где выпускается продукция военного либо двойного назначения — из четырех оставшихся просто не было респондентов.
Юрист отмечает, что чаще всего упоминаются деревянные ящики и другая упаковочная продукция для боеприпасов. Некоторые политзаключенные лично участвовали в погрузке крупных партий, а также видели российскую маркировку или назначение продукции — для РФ. Значительная часть свидетельств касается швейного производства: в колониях шили военную форму, камуфляж и элементы экипировки, а также текстиль для полевых нужд.
Секретные цеха в белорусских колониях?
В отдельных случаях, по словам Михалевича, речь идет о производстве гильз и других элементов боеприпасов. В колонии № 9, по рассказам экс-политзаключенных, существовал закрытый участок с ограниченным доступом, где их могли изготавливать. Юрист обращает внимание, что эта информация основана преимущественно на разговорах между заключенными. Также встречаются непроверенные, но не единичные сообщения о возможном производстве в таких же закрытых цехах компонентов для беспилотников.
По словам Михалевича, бывшие политзаключенные не раз отмечали, что при выполнении «военных» заказов в колониях усиливался контроль, росли нормы выработки и продолжительность рабочего дня, а отказ от работы мог наказываться ШИЗО, лишением передач и дополнительным давлением. Кроме того, многие из этих производств потенциально опасны для здоровья — из‑за отсутствия защиты, тяжелых нагрузок и невозможности отказаться от работы.
При этом, отмечает правозащитник, известны случаи сопротивления или попытки избежать такой деятельности. Как правило, такие случаи индивидуальные, но были и исключения. Один из эпизодов касается отказа наносить символ «Z» на продукцию: «Респондент отмечает, что отказывались не только политические, но и другие заключенные. Люди воспринимали это не просто как производственную операцию, а как принуждение с целью демонстративной поддержки войны, и отказ был осознанным и массовым. В итоге администрация отказалась от практики принудительного нанесения «Z».
Михалевич добавляет, что многие свидетельства позволяют рассматривать такой труд не только как экономическую эксплуатацию, но и как форму морального давления на политзаключенных. «Через пенитенциарную систему людей вынуждают заниматься укреплением российской обороноспособности», — говорит юрист.
«На заводах такие детали делать невыгодно»
Свое расследование, посвященное участию белорусских предприятий в войне России против Украины, провело объединение бывших белорусских силовиков BelPol. По словам его представителя Владимира Жигаря, они опирались на документы, контракты и данные о поставках, оказавшиеся в распоряжении организации.
В BelPol утверждают, что, помимо ящиков, в некоторых колония выпускают отдельные детали для РСЗО «Град». Также, по словам Жигаря, в исправительной колонии № 9, производят комплектующие для прицелов «Сосна‑У», используемых на российских танках Т‑72Б3 и Т‑80У.
Собеседник объясняет, что такие заказы передаются в колонии, в том числе по экономическим причинам: «На заводах такие детали делать невыгодно, а в колониях это дешевый труд, от которого заключенным невозможно отказаться».
После эти комплектующие поступают на госпредприятия, где используются при сборке более сложных изделий. В качестве примера Жигарь приводит белорусское предприятие «Пеленг», чья продукция поставляется в Россию.
Белорусские производства, таким образом, выступают промежуточным звеном, а получателями готовой продукции могут быть структуры Министерства обороны РФ и российские оборонные компании.