Направив открытое письмо Владимиру Путину, Владимир Зеленский также призвал нерешительный ЕС воспользоваться моментом слабости России, пишет Дирк Эммерих в рубрике «Берлинский инсайдер».Такой ответ был ожидаем: Владимир Путин резко высказался по поводу открытого письма Владимира Зеленского, назвав его возмутительным. Никакой встречи с президентом Украины, никакого перемирия на фронте. Москва, как следует из реакции президента России, намерена продолжать войну и достичь военным путем своих неоднократно озвученных целей.
Послание Зеленского Путину посредством дронов
Зеленский выбрал время для обнародования своего письма совсем не случайно. В Санкт-Петербург по приглашению Путина съехались участники ежегодного международного экономического форума (ПМЭФ). Незадолго до его начала над городом поднялись столбы дыма — украинские дроны поразили нефтяной терминал. То, что он был поврежден, имело второстепенное значение, речь шла скорее о послании иной направленности. Терминал расположен всего в 16-ти километрах от места проведения ПМЭФ.
Какая звонкая пощечина: российская ПВО не способна защитить даже один из самых важных и символически значимых объектов. Еще месяц назад, во время празднования 9 мая, в Кремле опасались, что украинские дроны могут ударить по самому центру российской столицы. В Киеве дают понять: необходимо усилить давление на Путина, чтобы вынудить его наконец сесть за стол переговоров о прекращении войны. То, что российский президент столь оперативно, жестко и решительно отверг эту идею, выступая на форуме, говорит, прежде всего, об одном: он нервничает. "Работайте, братья, мы рассчитываем на вас", — таков был его призыв к российским военным, находящимся фронте.
Уже несколько месяцев они не продвигаются вперед в Донбассе. Россия ежедневно теряет больше солдат, чем успевает набрать новых. Экономика страны стагнирует. Даже война США и Израиля против Ирана и вызванный ею резкий скачок цен на нефть не смогли предотвратить этот тренд. Поддержка Путина и его политического курса населением страны ослабла. Растут сомнения в том, было ли и остается ли правильным то, что делает президент. И можно ли вообще выиграть эту войну.
Путин, возможно, тоже догадывается, что Зеленский прав, когда говорит: "Факт из российской истории, который вам, наверное, хорошо известен: когда Россия устает, наступают перемены". Конечно же, с точки зрения Кремля, это была дерзость. Путин вообще не мог даже рассматривать подобное предложение.
Еще один мотив Зеленского
Но у Зеленского, возможно, был и еще один мотив. Учитывая тот факт, что Россия практически не добивается военных успехов, в ЕС растет вера в то, что в ближайшее время все-таки могут начаться переговоры. Сам Путин четыре недели назад заявил, что готов к ним, и предложил в качестве возможного посредника бывшего канцлера ФРГ Герхарда Шрёдера (Gerhard Schröder). На прошлой неделе Путин и Шрёдер встречались в Москве.
Возможно, все это — лишь уловка со стороны Путина. Тем не менее происходящее свидетельствует о том, что дело может сдвинуться с мертвой точки. Еще в начале года такое предложение было бы немыслимым. Путин, вероятно, тоже понимает, что Шрёдер — не тот человек, кто может представлять ЕС на возможных переговорах. В Брюсселе сейчас в связи с этим обсуждают другие кандидатуры, такие как экс-канцлер ФРГ Ангела Меркель (Angela Merkel) или бывший глава ЕЦБ Марио Драги.
Таким образом, открытое письмо Зеленского и демонстративный отказ Москвы стали и сигналом Евросоюзу: теперь дело за вами. Этот момент слабости Путина необходимо использовать. Теперь и европейские партнеры должны сделать все, чтобы усилить давление на Кремль и вынудить его наконец начать переговоры.
С точки зрения Зеленского, необходимый эффект получен. Через 12 часов после публикации его открытого письма британский премьер-министр Кир Стармер, канцлер Германии Фридрих Мерц (Friedrich Merz) и президент Франции Эмманюэль Макрон объявили о проведении встречи в Лондоне, на которую пригласили и президента Украины. Она состоялась вечером в воскресенье, 7 июня.
И по ее итогам появился план прекращения войны, состоящий из пяти пунктов. Эти ключевые направления — прекращение огня, юридически обязывающие гарантии безопасности для Киева, нынешняя линия соприкосновения как отправная точка для переговоров, заморозка российских активов до прекращения войны и возмещения ущерба Украине, а также обеспечение на основе договоренностей европейской безопасности — в основном отражают уже известные позиции.
Однако примечательно, что нынешняя линия боестолкновений рассматривается как исходная позиция для возможных переговоров. Москва до сих пор категорически исключала это, настаивая на том, что Киев должен отказаться от всего Донбасса — включая территории, которыми россияне еще даже не овладели.
С учетом застывшей линии фронта, ударов украинских дронов по российскому тылу и стагнирующей экономики, Путину, возможно, придется отказаться от данного максималистского требования. Похоже, это уже нельзя исключать, в отличие от ситуации, имевшей место несколько месяцев назад. Тогда Трамп и Путин общими усилиями взяли Зеленского в тиски: либо ты отказываешься от Донбасса, либо война продолжается. Американский президент, занятый Ираном, на данный момент полностью отошел от участия в переговорах о завершении войны в Украине.
Сигнал для Европы
Возникший вакуум теперь должна заполнить Европа, которая долгое время жаловалась на то, что ее не допускают к столу переговоров. Многое будет зависеть от того, что останется за кулисами и будет обсуждаться в конфиденциальном порядке. Быстрое окончание боевых действий по-прежнему не просматривается, однако сейчас меняются предпосылки для того, чего можно будет добиться на последующих переговорах.
Брюсселю необходимо воспользоваться удобным моментом. В этом смысле открытое письмо Зеленского было не только сигналом Путину, но и недвусмысленным обращением к ЕС — грамотно выстроенным в коммуникационном плане и срежиссированным на нескольких уровнях.
Автор: Дирк Эммерих (Dirk Emmerich), корреспондент немецких телеканалов n-tv & RTL, много лет жил и работал в Москве, а также в Вашингтоне, был корреспондентом n-tv в Сирии, Ливии, Афганистане и других странах, охваченных военными конфликтами.
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.
