Регионы России столкнулись с самым серьезным дефицитом топлива с начала полномасштабной войны против Украины. По оценке Reuters, в результате ударов украинских беспилотников в ответ на атаки российской армии по украинским городам, полностью или частично выведено из строя около 25% российских нефтеперерабатывающих мощностей.
По подсчетам издания «Верстка», проблемы с поставками топлива затронули 78 регионов РФ, а в 29 из них введены официальные ограничения. Наиболее тяжелая ситуация сложилась в аннексированном РФ Крыму, где свободная продажа топлива полностью прекращена, за исключением спецтранспорта. Там также действует режим временных ограничений электроснабжения. К чему приведет эта ситуация и какие изменения может вызвать на фронте, спросила DW у экспертов.
Где возник дефицит топлива
В центральных и южных регионах России введены ограничения на продажу топлива. В Тверской, Владимирской, Тамбовской, Саратовской областях, Татарстане и Удмуртии на отдельных АЗС действуют лимиты на отпуск топлива и запрет на его продажу в канистры. Власти объясняют эти меры повышенным спросом, очередями и необходимостью предотвратить панические закупки. В Ростовской области нехватку бензина официально связали со снижением производства на крупных НПЗ. Очереди на АЗС появились и за пределами юга России — в частности, в Сибири и на Дальнем Востоке.
Наиболее острый дефицит топлива возник в аннексированном Россией Крыму. Там полностью прекратили продажу бензина частным лицам и коммерческим организациям. На этом фоне в социальных сетях появился неофициальный рынок топлива: местные жители предлагают купить бензин АИ-95 по цене до 200 рублей за литр. Нехватка топлива уже сказалась на работе общественного транспорта и снабжении магазинов на полуострове.
По данным издания «Агентство.Новости», перебои в работе общественного транспорта также происходят в четырех регионах России. В Чите городской автобус не смог выйти в первый рейс из-за невозможности заправиться. В Ульяновском районе Калужской области отменили все пригородные автобусные маршруты. В Каменском районе Ростовской области перевозчик ограничил обслуживание маршрутов общественного транспорта из-за нехватки топлива. В Тульской области власти также предупредили о риске отмены части автобусных рейсов.
Реакция Путина на топливный кризис
Владимир Путин на брифинге в Кремле 23 июня публично прокомментировал украинские удары по российской инфраструктуре. Он заявил, что Киев «пытается создать проблемы с обеспечением энергоресурсами, повлиять на туристический сезон, о чем прямо, честно говоря, нам по разным каналам и говорят». Это первый комментарий Путина на эту тему после атаки Украины на Московский нефтеперерабатывающий завод 16 и 18 июня. При последней такой атаке серьезно пострадала инфраструктура НПЗ, а в результате попадания российской зенитной ракеты взорвался топливный резервуар, у которого в воздух поднялась крышка.
Киев усилил удары по объектам, обеспечивающим поставки топлива армии РФ, в частности, по НПЗ. Военный эксперт Руслан Левиев в интервью DW заметил, что больше 90% украинских дронов, участвовавших в атаке, были сбиты, только 5 дронов долетели до целей в Москве. «При этом сами атаки растут в своем масштабе. Поэтому даже если будет сохраняться тот же процент перехвата, то «общественных впечатлений», шумихи будет становиться все больше и больше — за счет количества беспилотников и активности работы систем ПВО», — говорит он.
Z-блогеры требуют «эффективной войны»
Обсуждению неэффективности российской ПВО посвятили много времени крупные провоенные блогеры в России, говорит автор телеграм-канала «На Zzzzzападном фронте без перемен» Иван Филиппов. «Качество ПВО проверяется не тем, сколько они сбили, а тем, сколько долетело. Долетело много», — пересказывает он позицию наиболее критически настроенной части блогеров. Их особенно тревожит то, что Москва считается наиболее защищенным городом России: если атаки достигают столицы, то другим регионам, по их мнению, может быть еще сложнее.
Как отмечает Филиппов, большинство провоенных комментаторов не выступают за прекращение войны: «Они не хотят остановки войны, они хотят более эффективной войны». По его словам, Z-блогеры говорят о необходимости «радикальных реформ в министерстве обороны, в военно-промышленном комплексе, в системе гособоронзаказа», хотя одновременно признают, что такие изменения маловероятны. При этом, считает Филиппов, российская пропаганда старается минимизировать значение атак — призывая возбуждать уголовные дела против очевидцев атак, которые опубликовали кадры с последствиями ударов в соцсетях.
«Россия оказалась в ловушке»
«Россия оказалась в ловушке той самой «математики войны», которую сама пыталась навязать. Пытаясь истощить украинскую ПВО массированными атаками, агрессор в итоге сам столкнулся с критической нехваткой средств перехвата, когда интенсивность расходования его собственных запасов ракет для систем С-300 и С-400 превысила темпы производства», — говорит в интервью DW украинский военный эксперт Анатолий Храпчинский.
По его мнению, дефицит сформировался из-за того, что Кремль длительное время использовал зенитные ракеты для ударов по наземным объектам в украинских городах. Кроме того, Храпчинский объясняет успешное преодоление российской ПВО сочетанием внутренних проблем российской системы и развитием украинских технологий. По его оценке, «успешное преодоление московской системы ПВО — это результат системной деградации российской оборонной архитектуры в сочетании с технологической эволюцией украинских средств поражения».
Он утверждает, что переброска комплексов на оккупированные РФ территории Украины и их потери привели к тому, что эшелонированная оборона превратилась в «разрозненную секторную систему», а современные средства нападения способны перегружать каналы обнаружения и перехвата.
«Главная проблема российского ПВО та же самая, что и у Украины — дефицит комплексов ПВО и боеприпасов к ним», — говорит Руслан Левиев. По его словам, создать сплошную систему противовоздушной обороны над территорией России невозможно, а большие размеры Москвы и плотная высотная застройка лишь облегчают беспилотникам обход радаров.
Эксперт также считает, что ключевую роль играет массовость атак: даже простые и недорогие дроны способны перегрузить систему ПВО, если запускаются одновременно сотнями. Храпчинский ожидает, что эффективность подобных атак ВСУ будет расти благодаря совершенствованию технологий планирования маршрутов и обхода зон перехвата. Он отмечает, что Россия пытается модернизировать вычислительные системы и головки самонаведения, «и только полное и системное перекрытие каналов поставок американской и европейской микроэлектроники (в Россию. — Ред.) окончательно лишит противника возможности адаптировать свою систему ПВО к архитектуре современной воздушной войны».
