Почему Кремль громит давно утратившее влияние «Яблоко»? Ответ, вероятно, не в страхе перед давно отошедшей на второй план партией, а в стремлении исключить любую политическую неопределенность, пишет Татьяна Фельгенгауэр.Приговор заместителю председателя партии "Яблоко" Максиму Круглову трудно рассматривать как очередной срок за антивоенную позицию. 7 лет колонии за два поста трехлетней давности о Буче и погибших мирных жителях Украины — это не просто стандартное по нынешним временам политически мотивированное уголовное дело. Это еще один эпизод в кампании против партии "Яблоко", которая разворачивается уже больше года и явно набирает обороты по мере приближения выборов.
Кремль хочет управлять рисками
До Круглова под уголовное преследование попал Лев Шлосберг. Давление продолжается и на председателя партии Николая Рыбакова. В разных регионах преследуют активистов "Яблока", срывают мероприятия, возбуждают административные и уголовные дела. Каждое из этих событий можно рассматривать отдельно. Но вместе они складываются в довольно понятную картину.
Осенью в России пройдет очередное электоральное мероприятие, которое в Кремле называют выборами. Исход их, казалось бы, давно предрешен. Политическая конкуренция уничтожена, независимые кандидаты либо находятся в эмиграции, либо в тюрьмах, либо давно лишены возможности участвовать в выборах. На этом фоне возникает закономерный вопрос: зачем Кремлю добивать партию, которая уже много лет не играет заметной роли в федеральной политике? Ответ, как мне кажется, лежит не в области страха, а в области управления рисками.
Вряд ли в Кремле считают сегодняшнее "Яблоко" политической силой, способной всерьез изменить расстановку сил. Но российская политика давно строится не вокруг честной конкуренции, а вокруг максимальной предсказуемости. И если какой-то риск невозможно просчитать, его предпочитают устранить заранее.
Сегодня никто не может с уверенностью сказать, как поведет себя российское общество через несколько месяцев. Война против Украины продолжается уже больше четырех лет. Даже среди людей, которые никогда не относили себя к оппозиции, все заметнее усталость от происходящего. Это вовсе не означает, что завтра появится массовое антивоенное движение. Но это означает, что общественные настроения становятся менее очевидными, чем еще год назад.
Возможно, в администрации президента вовсе не считают, что "Яблоко" способно добиться серьезного результата. Но там, судя по происходящему, предпочитают не проверять, что произойдет, если общественный запрос на прекращение войны окажется сильнее, чем принято считать. Любая неопределенность становится нежелательной. Поэтому задача власти сегодня выглядит не столько как победа на выборах, сколько как полное исключение любых неожиданностей.
Речь идет о том, чтобы к началу избирательной кампании не осталось даже гипотетической возможности появления в бюллетене людей, способных превратить выборы в политику, поскольку даже небольшая вероятность этого становится для власти фактором неопределенности. Именно поэтому все более усиливающееся давление на "Яблоко" выглядит вполне логичным.
Время надежд давно прошло
Можно сколько угодно спорить с "яблочниками". И поводов для споров за тридцать с лишним лет накопилось более чем достаточно. "Яблоко" — старейшая демократическая партия современной России. С ней были связаны огромные надежды девяностых годов. Потом пришли не менее масштабные разочарования. Партия постепенно теряла влияние, проигрывала выборы, исчезла из Государственной думы и с каждым новым электоральным циклом набирала все меньше голосов.
Можно долго обсуждать роль Григория Явлинского в этой истории. Многие считают, что именно решения многолетнего лидера партии не позволили "Яблоку" стать настоящим центром демократической оппозиции. Споры об этом, наверное, никогда не закончатся. Но история редко бывает линейной.
Именно через "Яблоко" прошли политики, которые позже стали одними из самых заметных фигур российской демократической оппозиции. Алексей Навальный был исключен из партии в 2007 году. Через год такая же судьба постигла Илью Яшина. Ирония истории заключается в том, что самые яркие политики, которых в свое время воспитало "Яблоко", оказались для самой партии слишком неудобными. Впрочем, справедливости ради следует напомнить, что легендарная Ирина Яровая (авторка того самого "пакета") — тоже экс-яблочница.
Главное — против войны!
Все это не отменяет другого факта. Сегодня "Яблоко" остается единственной зарегистрированной российской партией, которая последовательно выступает против войны. Да, многие сочтут эту формулировку слишком щедрой. Да, самой партии не раз предъявляли претензии за недостаточно четкую позицию, за осторожность, за попытки "пройти между струйками". Эти претензии имеют право на существование. Но если посмотреть на всю российскую партийную систему, то окажется, что никакой другой зарегистрированной партии с антивоенной позицией просто нет.
Удастся ли полностью зачистить "Яблоко", пока сказать невозможно. Формально шанс на участие партии в выборах еще сохраняется. Возможно, кто-то из ее кандидатов все же доберется до финальной стадии — попадания в бюллетень. Но события последних месяцев заставляют смотреть на эти перспективы без особого оптимизма.
Приговор Максиму Круглову говорит не столько о судьбе одного политика или даже одной партии. Он говорит о том, какой должна быть российская политика в представлении Кремля. Полностью предсказуемой. Даже если ради этой предсказуемости приходится отправлять в колонию людей из партии, которая уже давно не претендует на власть, но все еще напоминает, что в России когда-то существовала легальная демократическая политика.
Автор: Татьяна Фельгенгауэр — российская журналистка, ведущая The Breakfast show и YouTube-канала "Медиазона".
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.
