По официальным данным, в России сейчас почти нет безработицы — и власти постоянно об этом заявляют. Что происходит на самом деле — в материале DW.На пятом году войны с Украиной в российской экономике осталось мало показателей, которые власти страны могут использовать, чтобы оправдать заявления о ее устойчивости. Экономический рост почти остановился. Рентабельность бизнеса падает, заставляя компании урезать инвестиции в развитие. Инфляция снижается медленно, а в последние недели — растет. Дефицит бюджета расширяется. Регионы уже сокращают расходы. Очевидным свидетельством того, что что-то идет не так, стал топливный кризис, который, вероятно, еще не достиг своего пика.
Чуть ли не единственным обнадеживающим фактом, который регулярно упоминает, например, Владимир Путин, остается низкая безработица: Росстат оценивает ее в 2,1% — ниже показатель не опускался никогда. В действительности ничего хорошего в этом нет. О том, что острый кадровый голод не позволяет экономике расти, говорят как эксперты, так и чиновники. Но и сами данные Росстата вызывают вопросы. По мере ухудшения своего положения работодатели все чаще отправляют сотрудников в неоплачиваемые отпуска или переводят на неполный рабочий день. В результате официальная безработица падает, скрытая — растет.
Росстат видит рекордно низкую безработицу, сервисы подбора кадров — охлаждение рынка труда
Оценивая численность безработных россиян, Росстат использует методологию Международной организации труда (МОТ). Каждый месяц федеральная служба опрашивает около 80 тысяч человек и на основе их ответов рассчитывает доли тех, у кого есть работа, кто ее лишился и активно ищет, а также тех, кто на рынке труда не представлен. В июле Росстат опубликовал данные за май: численность безработных составила 1 млн 618 тысяч человек, или 2,1% рабочей силы. Это на 58 тысяч человек меньше, чем месяцем ранее.
Однако официальная статистика как будто расходится с данными, которые дают рекрутинговые сервисы. Из них следует, что рынок труда остывает: вакансий становится меньше, резюме соискателей — больше. Так, сервис SuperJob в исследовании по итогам первой половины 2026 года отмечает, что число вакансий в стране по сравнению с прошлым годом снизилось на 19%, тогда как число резюме выросло на треть. Спрос на персонал упал во всех ключевых сферах. Например, в логистике и медицине — на 14%, в банковском секторе — на 22%.
52% работодателей, которых опросил SuperJob, заявили, что вынуждены жестко экономить и поэтому стараются не брать дорогих специалистов со стороны, если можно обучить или переобучить уже имеющихся. Более того, заметное число компаний (18%) приступили к оптимизации штатных расписаний, а еще 4% планируют заняться этим в ближайшее время.
Похожую картину рисуют данные российского сервиса hh.ru. Он ежемесячно рассчитывает индекс, который отражает соотношение количества активных резюме к количеству активных вакансий. В июне значение индекса составило 8,3, что, по оценке составителей, соответствует "высокому уровню конкуренции за рабочие места". В предыдущие месяцы значение было еще выше. Год назад оно составляло 5-6 ("здоровое соотношение между работодателями и соискателями").
Чем объясняется расхождение данных Росстата и рекрутинговых сервисов
В действительности противоречия между официальной статистикой и данными рекрутинговых сервисов нет: безработных в России и правда крайне мало, но и рынок труда очевидно остывает.
Один из вопросов, на основе которых Росстат замеряет уровень безработицы, звучит так: "Выполняли ли вы на прошлой неделе какую-нибудь оплачиваемую деньгами или натурой работу или имели доходное занятие, включая различного рода подработку (хотя бы один час в течение недели)?" Человек, который не имеет постоянной работы, но подрабатывает, например, курьером или таксистом, ответит "да" и не будет считаться безработным. Также безработным не будет считаться респондент, которого работодатель перевел на четырехдневную рабочую неделю, заставил взять неоплачиваемый отпуск или лишил премиальной части зарплаты. При этом он с высокой вероятностью обновит резюме на сайтах SuperJob или hh.ru.
"В последние месяцы появляется все больше признаков того, что острая стадия кадрового голода с разгоном заработных плат пройдена, — пишет ведущий эксперт близкого к российскому правительству Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Екатерина Сабельникова. — Компании начинают адаптировать кадровую политику, в том числе на фоне замедления экономики и сжатия спроса в ряде отраслей, в частности применяя различные форматы неполной занятости, что, в свою очередь, ведет к росту скрытой безработицы".
Изучив доступные данные Росстата, Сабельникова подсчитала, что численность работников, чью занятость можно назвать неполной, устойчиво растет с 2025 года. Во втором полугодии в той или иной форме неполной занятости официально находились 1,5 млн человек. Кроме того, в третьем квартале было зафиксировано максимальное с 2017 года число людей, которым предоставили отпуска без сохранения заработной платы по их собственным заявлениям, — более 4 млн человек. В четвертом квартале 2025 года их число немного снизилось — до 3,7 млн человек.
С этими цифрами рифмуются данные SuperJob о резком росте интереса россиян к подработкам: дополнительная занятость есть почти у каждого четвертого россиянина. Чаще всего она занимает менее 10 часов в неделю, но при этом на нее приходится все большая доля общего дохода.
Какие формы неполной занятости практикуют работодатели в России
Наиболее остро проблема неполной занятости стоит в автомобильной промышленности, констатируют аналитики ЦБ РФ в докладе "Региональная экономика". Время от времени она прорывается в СМИ — укороченные недели, простои и "корпоративные отпуска" практиковали крупнейшие предприятия отрасли: "АвтоВАЗ", ГАЗ и КАМАЗ. В начале 2026 года ситуация на этих предприятиях немного улучшилась (хотя тот же "АвтоВАЗ" в мае вновь отправил сотрудников в "корпоративный отпуск"), но проблемы стали чаще возникать в других отраслях.
Екатерина Сабельникова из ЦМАКП отмечает, что в разных отраслях популярностью пользуются разные методы. Так, режим неполной занятости по соглашению сторон больше характерен для образования, здравоохранения, торговли, социальных услуг, а также научной и технической деятельности. В простой сотрудников чаще отправляют металлурги, автопром, производители резиновых и готовых металлических изделий, а также строительные компании. Наконец, уходить в отпуск без сохранения зарплаты чаще всего приходится работникам текстильной промышленности, производителям электроники и все тех же металлоизделий и стройматериалов.
О том, как это обычно происходит на практике, аналитики ЦБ рассказывают на примере двух предприятий. Крупный производитель спецтехники из Саратовской области в феврале 2026 года перевел на сокращенный график работы сразу более половины сотрудников. Трикотажная фабрика из Еврейской автономной области тогда же отправила 50% сотрудников производственного цеха в неоплачиваемый отпуск на два месяца, а остальных перевела на четырехдневку.
Основной причиной того, что работодатели избегают увольнений, аналитики ЦБ называют опасения столкнуться с трудностями при найме в будущем, когда ситуация в экономике станет более благоприятной. К этому можно также добавить особенности российского трудового законодательства: уволить сотрудника трудно, радикально сэкономить на его зарплате — гораздо проще. В результате возникает парадокс: при почти стопроцентной занятости уровень жизни в России начинает снижаться.
