Госдума приняла новые законы против преследуемых по политическим мотивам эмигрантов. Жизнь неугодных власти РФ становится невыносимой. Татьяна Фельгенгауэр считает происходящее в России гражданской казнью инакомыслящих.Осенью 2022 года меня внесли в реестр "иностранных агентов". Решение это было сугубо политическим — вместе со мной в этот список попал мой старинный друг и соведущий Александр Плющев. В решении Минюста было пояснение: меня признали "иноагентом" за то, что я работаю в интересах Германии ("доказательством" стало мое регулярное сотрудничество с DW) и Украины (тут оказалось достаточным просто репостить записи президента Украины Владимира Зеленского в собственный Telegram-канал)
С самого начала я отказалась соблюдать требования закона об "иностранных агентах". Я считаю его дискриминационным и антиконституционным. Тогда же адвокаты предупредили меня, что в скором времени мое решение обернется рядом административных, а в итоге и уголовным делом.
Тем не менее я приняла твердое решение — сопровождать любое свое появление дисклеймером и посылать в Минюст регулярные отчеты я не буду. Закон об "иностранных агентах" изначально был написан так, что соблюдать его невозможно. Это просто вопрос времени, когда Минюст решит, что вас пора штрафовать или заводить уголовное дело.
Легендарная пятница
Вскоре стало понятно, что Минюст набрал крейсерскую скорость в объявлении "иноагентов". Каждую пятницу мы ждем, кого еще добавят в реестр. В целом машина работает исправно, с перерывом на новогодние и летние отпуска. Признаюсь, мне все еще непонятно, по какому принципу людей и организации объявляют "иностранными агентами", но я твердо знаю — поздравлять здесь не с чем. Это не знак отличия, не награда и не сертификат "хорошего человека". Это унизительное клеймо, статус, который максимально усложняет жизнь.
Каждую пятницу я пишу очередным своим друзьям и коллегам слова поддержки и сочувствия. И каждую пятницу в наш легендарный чат "иноагентов" добавляют новых участников. Мне повезло — со мной рядом и опытные "иноагенты", и профессиональные и очень заботливые юристы. Впрочем, вторые с самого начала говорили, что будет хуже. Российские власти не ограничатся унизительным ярлыком, они сделают всё, чтобы организовать гражданскую казнь инакомыслящих.
Граждане второго сорта
Возможно, вам покажется, что словосочетание "гражданская казнь" звучит преувеличенно и драматично. Еще 3-4 года назад я бы с вами согласилась, но сейчас иначе действия российской власти назвать невозможно. Представьте, что вы — "иностранный агент" (а в этом перечне есть совершенно разные люди, даже доярка из Тульской области). Вы не можете распоряжаться частью своих доходов — они должны попадать на спецсчет. Вы обязаны любое свое публичное появление (в тексте, аудио, видео — не важно), сопровождать специальным объявлением. Вы отчитываетесь обо всех финансовых операциях перед Минюстом. Вы становитесь токсичным контактом, потому что ваших собеседников могут внести в тот же самый реестр из-за публичного общения с вами.
С самого начала было ясно, что власть не остановится на том, что упоминалось в качестве ограничений. По регулярным выступлениям спикера Госдумы Вячеслава Володина видно, как сильно его раздражает, что многие известные "иноагенты" в эмиграции не сгинули, а продолжают работать и зарабатывать. Поэтому артистов и писателей, например, лишили доходов от их альбомов, книг, фильмов и прочих авторских прав. Этого явно показалось мало, поэтому "иноагентам" запретили преподавать, вести просветительскую деятельность, размещать и распространять рекламу. В общем, все это выглядело, как попытки задушить экономически.
После введения новых правил, направленных против преследуемых по политическим мотивам эмигрантов, мы столкнемся уже с ограничением базовых гражданских прав. Например, если вы попали в тот самый перечень (а туда отправят не только "иноагентов", но и всех, кто так или иначе был замечен в "политических" делах), вы не сможете воспользоваться услугами нотариуса. На практике для меня это означает, что мне не оформят генеральную доверенность, и представлять мои интересы в России будет невозможно. Кроме того, мне откажут в консульских услугах. Это значит, что я не смогу получить или поменять паспорт. Я не смогу продать или передать кому-то автомобиль или недвижимость. И если для меня лично последний пункт неактуален, то для многих остающихся в России — принципиален.
Что делать?
Какой выбор оставляет мне Российская Федерация? В глазах государства я — враг народа. Мне не положены документы, деньги, социальные гарантии (где там моя пенсия?), базовые права. Вернуться в Россию я не могу — уголовные дела гарантированно отправят меня в колонию. Оставаться вне России возможно лишь при наличии статуса беженца или иного гражданства. При этом передвижение по миру затруднено из-за базы розыска.
В общем, лично мне остается одно: продолжать работать. Рассказывать максимальному числу людей, готовых слушать, про то, что из себя представляет путинский режим. Не давать привыкнуть к войне и внутренним репрессиям в стране. Требовать поддержать Украину и тех, кто борется против Путина. Пока этот режим сохраняется, ничего, боюсь, не изменится. И гражданской казни подвергнут уже не только "иностранных агентов", но всех, кто не понравится власти. А этим человек может оказаться любой. Даже вы.
Автор: Татьяна Фельгенгауэр — российская журналистка, ведущая The Breakfast show и YouTube-канала "Медиазона".
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.
