Власти Нижней Саксонии одобрили производство ядерного топлива с участием дочерней структуры российской госкорпорации «Росатом». Что известно о франко-российском проекте в Германии — у DW.Отказ Европейского Союза от российских энергоносителей, предусмотренный планом REPowerEU, никогда не выглядел простой задачей. Процесс идет медленно.
Несмотря на введенное еще в 2023 году эмбарго, нефтепродукты, произведенные из российского сырья, продолжают просачиваться в Евросоюз через третьи страны, свидетельствуют данные Центра исследований энергетики и чистого воздуха (CREA). ЕС остается крупнейшим импортером российского сжиженного природного газа — эмбарго вступит в силу лишь в 2027 году.
Еще в одной сфере — атомной энергетике — разрыв с Россией лишь декларируется. Более того, запускаются новые проекты. 22 июля министерство окружающей среды Нижней Саксонии разрешило расширить завод по производству ядерного топлива в городе Линген. Предприятие будет выпускать ядерное топливо по технологиям дочерней структуры "Росатома".
Позиция активистов и властей Нижней Саксонии
Экоактивисты из организаций Ausgestrahlt и BBU вечером 27 июля планируют провести пикет в Лингене — у ворот предприятия ANF, которое принадлежит французской госкомпании Framatome. ANF производит ядерное топливо почти полвека — для западноевропейских АЭС. С 2027 года предприятие начнет обслуживать станции в Восточной Европе, построенные по советским проектам. Собственных технологий для работы с их водо-водяными энергетическими реакторами (ВВЭР) у Framatome нет, поэтому компания с согласия немецких властей привлекла к проекту структуру "Росатома" — ТВЭЛ (TVEL). Экоактивисты называют этот шаг "безответственным".
"Росатом" — одна из немногих российских госкорпораций, в отношении которых ЕС не ввел санкции. Это позволяет государствам Евросоюза и дальше импортировать топливо, которое та предлагает. Они стремятся диверсифицировать поставки, поскольку рано или поздно Брюссель намерен снизить зависимость от России, но подходят к решению этой задачи по-разному.
В Восточной Европе сформировались две модели поведения, отмечают эксперты международной экологической организации Bellona . Одни страны — например, Финляндия и Чехия — стремятся как можно быстрее перевести свои АЭС с ВВЭР на топливо американского производителя Westinghouse, у которого есть нужные технологии. Другие — в частности, Венгрия и Словакия — делают ставку на контракты с Framatome. Французская компания планирует производить топливо для водо-водяных энергетических реакторов самостоятельно, но не ранее начала 2030-х годов.
Запуск производства топлива для ВВЭР в Лингене обсуждался несколько лет. В итоге федеральное правительство Германии заключило, что участие российской корпорации не создает значимые риски шпионажа или диверсии. Это заключение позволило местным властям выдать ANF необходимое разрешение. Тем не менее, министр по вопросам окружающей среды Нижней Саксонии Кристиан Майер (Christian Meyer) назвал этот шаг "абсолютно ошибочным", поскольку он усилит зависимость ЕС от России. Однако после одобрения на федеральном уровне региональным властям, по словам Майера, ничего не оставалось, кроме как дать проекту "зеленый свет".
Участие России в проекте ограничат
На чем может быть основана уверенность в том, что проект с участием России в столь чувствительной области, как ядерная энергетика, не несет риски для национальной безопасности? Ответ немецких властей: на жестком контроле.
Проект — франко-российский, но ТВЭЛ не будет принимать участия в управлении им. Роль российского партнера ограничена передачей технологий и поставками комплектующих. Предполагается регулярно проводить тщательные проверки этих поставок. Кроме того, сотрудникам "Росатома" и ТВЭЛ запретят доступ на территорию предприятия в Лингене. Общение сотрудников Framatome с российскими коллегами будет строго регламентировано.
Впрочем, организаторов пикета, который 27 июля пройдет у ворот ANF, это не убеждает. В своем пресс-релизе они обращают внимание на то, что из жестких правил предусмотрены исключения. В частности, в "исключительных случаях" россияне все же смогут бывать на предприятии — хотя ранее Framatome обещала не допустить такую возможность.
Опасения активистов разделяют некоторые немецкие политики. Депутат бундестага от "зеленых" Харальд Эбнер (Harald Ebner) обвинил федеральное правительство в игнорировании рисков, депутат от Левой партии Марейке Хермайер (Mareike Hermeier) потребовала закрыть завод в Лингене, перечисляет газета Die Zeit. Депутат бундестага и эксперт ХДС по внешней политике Родерих Кизеветтер (Roderich Kiesewetter) в комментарии изданию Politico назвал принятое решение "риском для безопасности" и призвал его отменить.
Уйдет ли ЕС от сотрудничества с Россией в атомной энергетике
В плане RePowerEU о перспективах взаимодействия с Россией в ядерной сфере говорится подчеркнуто обтекаемо. Заявленная цель — "ограничить импорт урана, обогащенного урана и других ядерных материалов". Именно ограничить, а не остановить, как в случае с природным газом. Из документа не ясно, в каком объеме и в какие именно сроки должно быть реализовано ограничение.
"Постепенный отказ от российского ядерного топлива предусмотрен дорожной картой RePowerEU, мы над этим работаем, мы решительно настроены действовать быстрее. — подчеркнула 23 июля официальный представитель Еврокомиссии Анна-Кайса Итконен. — Но ядерная энергетика — это нечто более сложное, чем все остальное. Требуется некоторое время, чтобы подготовить предложение".
Вопрос отказа от российских поставок, судя по всему, перейдет в практическую плоскость лишь через несколько лет. Столько времени, по прогнозу экспертов Bellona, нужно европейским компаниям и американской Westinghouse, чтобы благодаря уже сделанным инвестициям физически заместить топливо, которое сейчас поставляет российская госкорпорация.
Процесс уже идет, хоть и медленно — это видно из статистики, обращают внимание аналитики S&P Global. Из данных Агентства по снабжению Евратома (ESA), которые они изучили, следует, что в 2025 году общий объем поставок из России слегка увеличился, но не так сильно, как выросло европейское потребление. В результате доля России на рынке ЕС снизилась с 23,6% до 22,6%. В то же время доля собственного европейского производства заметно расширилась — с 64% до 72,9%.
