За время операции на Александровском направлении, которую более полугода держали в секрете, украинские Силы обороны освободили 26 населенных пунктов. Какое значение она имеет для линии фронта?Украинский стрелок с позывным "Роман" вместе с побратимом провел на позициях 82 дня. В первые двое суток бойцы преодолели 25 километров, штурмуя лесополосы, где укрывалась российская пехота. "Заштурмовали окопчик и пошли дальше, — вспоминает "Роман". — Вперед-вперед, штурмы-штурмы".
Оставшиеся 80 дней военнослужащие держали оборону в "лисьей норе" — тесном окопе, высота которого около полуметра. Когда становилось скучно, играли в шашки, которые сами вырезали из картона. А еще поймали и засолили надоедливого фазана. Тот "снимал" минные растяжки, предназначенные для сдерживания российских пехотинцев, двигавшихся навстречу. "Самое тяжелое — зайти на позиции и выйти с них", — говорит "Роман". Значительная часть пути проходит через поля, которые хорошо просматриваются беспилотниками, объясняет военный. Для "Романа", как и для остальных его товарищей, это было первое боевое задание после мобилизации.
"Роман" — один из бойцов 82-й отдельной десантно-штурмовой Буковинской бригады, участвующих в контрнаступлении на Александровском направлении, что на стыке Запорожской, Днепропетровской и Донецкой областей. В середине августа главнокомандующий Вооруженными силами Украины (ВСУ) Михаил Драпатыйдоложил президенту об успехах операции, которая продолжается с конца января 2026 года. В трех областях Силам обороны удалось освободить 26 населенных пунктов, или 745 квадратных километров территории. Как отметили аналитики, это самая большая площадь, деоккупированная с осени 2022 года.
Летом 2025 года российские войска пересекли административную границу Днепропетровской области, продвинувшись с юга Донецкой области. В конце того же года произошел прорыв и в соседней Запорожской области: российские силы оккупировали значительную часть города Гуляйполе. Направление на стыке трех областей получило название в честь села Александровка, расположенного на подступах к Покровскому — важному с точки зрения логистики населенному пункту, к которому продвигалась российская армия.
Не оборона, а продвижение вперед
Несмотря на потери прошлого года, в начале 2026 года линия фронта здесь оставалась довольно стабильной, рассказывает "Юрист", заместитель командира 3-го десантно-штурмового батальона 82-й бригады, которую зимой перебросили с Покровского направления в Запорожскую область. Тогда российские войска начали небольшими группами вклиниваться в украинскую оборону, и перед десантниками поставили задачу вернуть утраченные позиции, важные для обороны Запорожья и Днепра.
"Некоторое время было очень трудно одновременно сдерживать наступление противника и наступать самим, — рассказывает "Юрист". — Задача, которая ставилась и до сих пор стоит, — это не устойчивая оборона, а постоянное продвижение вперед".
Мы разговариваем с "Юристом" на командно-наблюдательном пункте батальона, крупном фортификационном объекте, откуда офицеры управляют боевыми действиями. Сегодня, когда на фронте относительно спокойно, они координируютбеспилотник, эвакуирующий тела погибших. "Штурмовые действия проводились с минимальными потерями", — отмечает заместитель командира батальона.
По его наблюдениям, на успех контрнаступления повлияли сразу несколько факторов. Во-первых, Силы обороны наступали большим количеством подразделений, в том числе, десантно-штурмовыми бригадами и штурмовыми полками, одновременно на всех участках Александровского направления. Соответственно, российские войска не могли сосредоточить ресурсы в одном месте и были вынуждены растягивать их по широкому фронту.
Во-вторых, украинские военные располагали схемами фортификационных сооружений, которые строились для них, но были заняты российскими войсками во время наступления летом прошлого года. В-третьих, контрнаступательная операция долгое время держалась в тайне. "Еще месяц-полтора назад противник не понимал, где проходит передний край, где мы держим оборону и откуда начинаем вести штурмовые действия", — добавляет "Юрист".
В то же время российские войска продолжают наступление, продвигаясь навстречу украинским штурмовым подразделениям. "Они не прорывают передний край, а пытаются проскочить между нашими штурмовыми группами, — уточняет "Юрист". — Возможно, и сейчас один, двое или пятеро россиян сидят у нас в тылу, машут флагами и докладывают своему командованию, что определенные населенные пункты находятся под их контролем. Но фактически это не так".
В отличие от этого, украинские штурмовики зачищают позиции на пути к российскому тылу. Чтобы минимизировать потери, продвижение десантников сопровождают разведывательные и ударные беспилотники, подчеркивает заместитель командира батальона с позывным "Юрист".
А стрелок с позывным "Роман" вспоминает, что его первая встреча с российским пехотинцем не закончилась стрелковым боем. Вместо этого российского военнослужащего настиг и атаковал украинский FPV-дрон.
Глаза штурмовиков
В доме в нескольких десятках километров от линии фронта штурман с позывным "Манхэттен" управляет тяжелым бомбардировочным дроном Heavy Shot. Он только что поразил укрытие российской пехоты в серой зоне на Александровском направлении.
"Они представляли угрозу для наших штурмовиков", — объясняет "Десант", командир взвода ударных беспилотных летательных аппаратов 82-й бригады. Из-за нехватки личного состава сегодня командир работает в экипаже в качестве штурмана.
Бомбардировщик возвращается на взлетно-посадочную площадку, расположенную ближе к линии фронта, где работают еще двое военнослужащих. Разделение экипажа и управление бомбером с большого расстояния стало возможным благодаря установленной на него спутниковой системе связи Starlink, объясняет "Десант".
В ожидании следующей команды пилот и штурман наблюдают трансляцию с разведывательного дрона. Экипаж другого бомбардировщика поразил дом, где находились российские военные. Однако один из них выжил и пытается укрыться, поэтому к месту вылетает еще и FPV-дрон на оптоволоконном управлении.
"Если понадобится разрушить этот дом, вылетит наш бомбер", — говорит "Десант". Вскоре его экипаж получает другую цель: один из ангаров фермерского хозяйства в серой зоне, где может быть сосредоточена российская пехота.
"Мы — глаза штурмовиков. Если возникает угроза, мы можем предупредить их и уничтожить ее, — говорит "Десант", который в 2022 году также был штурмовиком. — Тогда у нас такого не было. А сейчас, с дронами, штурмовик видит, что происходит впереди, и знает, куда и как идти. И действительно, он идет гораздо увереннее".
Тактическая глубина
Помимо дронов, которые не всегда могут действовать из-за помех связи или погодных условий, пехоту поддерживает артиллерия. Самоходно-артиллерийский дивизион 110-й отдельной механизированной бригады имени генерал-хорунжего Марка Безручко удерживает оборону на Александровском направлении еще с момента, предшествовавшего началу контрнаступления. На вооружении дивизиона находятся две гаубицы: американская Paladin калибра 155 мм и советская Д-30 калибра 122 мм.
Командир артиллерийского взвода с позывным "Кобра" убежден: хотя артиллерия не столь точна, как дроны, ей все же удается ослаблять российское наступление, в том числе благодаря большему радиусу поражения. "Один-два выстрела пристрелочные, третий, можно сказать, уже "Аминь". Не бывает такого, чтобы не удалось поразить цель. Даже если кто-то выживет, то ненадолго. И нашей пехоте будет уже не так страшно подходить", — говорит "Кобра".
Он вспоминает случай, когда расчет взвода взял пленного: российский штурмовик вышел в тыл артиллеристов, не заметив их замаскированную гаубицу. Однако в условиях войны дронов скрывать артиллерийские установки становится все сложнее, отмечает командир самоходно-артиллерийского дивизиона с позывным "Арден". "Артиллерия противника уже почти не работает по нашим огневым средствам, — говорит он. — В основном это FPV-дроны и "Ланцеты". Бывали случаи, когда применялись и КАБы".
На Александровском направлении гаубицы действуют в интересах пехоты и штурмовых подразделений, ведущих наступление. Соответственно, они наносят удары по скоплениям российской пехоты и ее укрытиям, транспорту и артиллерии. Кроме того, атакуют российских операторов беспилотников и их инфраструктуру. "Для тактической глубины лучших средств, чем артиллерия, еще не придумали", — считает командир дивизиона.
Главным результатом контрнаступления является не только возвращение утраченных позиций, но и отвлечение российских резервов, убежден "Арден". Кроме того, продвинувшись в "тактическую глубину" противника, штурмовики нанесли значительный ущерб российским операторам дронов и артиллеристам, занимавшим там позиции. Тогда же российские военные лишились системы спутниковой связи Starlink и на некоторое время оказались дезориентированы, добавляет "Арден".
Поиск способов противодействия
На успех контрнаступления повлияло и эффективное взаимодействие между многочисленными подразделениями, задействованными в операции, считает военнослужащий с позывным "Борода", главный сержант самоходно-артиллерийского дивизиона 110-й бригады. Военные этой бригады удерживали оборону на позициях, через которые штурмовые подразделения продвигались в направлении российского тыла.
"Нам необходимо было наладить правильную коммуникацию, чтобы штурмовики понимали, где находятся наши силы и средства. Ведь серая зона была довольно активной, и противник мог находиться даже у нас в тылу", — объясняет "Борода". Он убежден, что в настоящее время Силам обороны удалось сорвать наступление российских войск.
"И теперь они ищут какое-то противодействие", — добавляет главный сержант. По его наблюдениям, поиск способов противодействия идет и в сфере логистики. "Сейчас любое логистическое решение живет довольно недолго", — считает "Борода", который, помимо прочего, координирует ротацию, эвакуацию, доставку боеприпасов и продовольствия. Главным логистическим вызовом сегодня являются "ждуны" — FPV-дроны на оптоволоконном управлении, которые устраивают засады в ожидании транспорта, а также хорошо замаскированные мины, говорит главный сержант.
Прежде чем выйти на маршрут, военнослужащие должны обнаружить и обезвредить эти угрозы. Передвижение осуществляется на багги и наземных роботизированных комплексах, поскольку бронированной техники не хватает. "Если еще полгода назад мы могли, используя благоприятные для нас и неблагоприятные для вражеских беспилотников погодные условия, оборудовать позиции наших операторов, создавать для них достаточно качественные укрытия, то сейчас наши операторы вынуждены преодолевать пешком по десять километров, чтобы добраться до позиции", — в свою очередь рассказывает Леонид Закалюжный, командир взвода корректировки артиллерийского огня батареи артиллерийской разведки 110-й бригады. Эта батарея действует в интересах артиллерии и является "глазами и ушами бригады", объясняет командир взвода.
Говоря о вызовах на Александровском направлении, он отмечает, что здесь, как и по всей линии фронта, линия боевого соприкосновения носит скорее условный характер. "То есть ее можно нанести на карту, и мы примерно понимаем, где она проходит. Но правильнее говорить об определенных опорных пунктах, которые удерживают наша бригада и соседние подразделения, а также о зоне поражения, находящейся под огневым контролем", — говорит Закалюжный.
Соответственно, стремительное расширение зоны поражения приводит к усложнению логистики. К этому добавляются активное наращивание беспилотных средств со стороны российских войск и нехватка ресурсов у Сил обороны.
"Сейчас, как и каждый год, мы наблюдаем, как меняется война. Противник бросает нам вызов, а мы стараемся оперативно на него реагировать. И наоборот: в определенный момент в чем-то преимущество оказывается на нашей стороне, и тогда противник пытается найти ответ", — подытоживает Закалюжный.