«Спускаемся в убежище по 10 раз в сутки»: белорусы в Израиле и других странах Ближнего Востока рассказали, как атаки Ирана повлияли на их жизнь, работу и безопасность, а также собираются ли они из-за этого уезжать.После атак Ирана по Израилю и другим странам региона белорусы, проживающие там, рассказали DW, как изменилась их повседневная жизнь. Кто-то вынужден спускаться в бомбоубежище по десять раз в сутки, для кого-то эти события прошли почти незаметно.
«Никто ни от чего не застрахован»
Ирина (имя изменено — Ред.) живет в Израиле 9 лет. По ее словам, сейчас жизнь ее семьи напоминает времена пандемии: они почти не выходят из дома, только теперь еще 10 раз в сутки приходится спускаться в комнату-бомбоубежище.
«И я, и муж работаем онлайн, часть наших коллег и клиентов находятся за границей. Нам постоянно приходится объяснять, почему мы прерываемся, это затягивает время, вносит тревогу и неудобство», — отмечает Ирина. Кроме того, приходится думать, как развлечь детей и успеть сделать все срочные дела между сиренами. Из-за ночных сирен и рваного сна накапливается усталость, также к этому добавляется постоянная фоновая тревога и мысли о будущем.
По мнению Ирины, нынешняя ситуация мало отличается от иранской атаки на Израиль в июне 2025 года во время Двенадцатидневной войны. «В соседнем городе ракета попала в бомбоубежище, погибло 9 человек, — рассказывает Ирина. — Я чувствую себя более незащищенной, страшно, когда кто-то из семьи уходит из дома по каким-то делам. Есть страх, что какие-то осколки упадут возле дома. Никто ни от чего не застрахован».
Тем не менее, уезжать Ирина никуда не собирается. «Наверно, если бы мы хотели уехать, то уехали бы после нападения ХАМАСа 7 октября 2023 года. Но после тех событий наоборот хочется остаться, делать что-то хорошее, волонтерить, помогать, тем кто нас защищает», — добавляет собеседница.
«Люди гуляют на улице, магазины работают, все открыто»
Олег Бородин в Израиле уже три года и также не планирует никуда уезжать. «По сравнению с Двенадцатидневной войной ситуация сейчас намного легче, — считает мужчина. — Тогда напряжение было сильнее, обстрелы — более массированные». Однако и сейчас в Ашдоде, где живет Олег, сирены звучат регулярно. Иногда по 10-15 раз в день приходится спускаться в защищенную комнату на первом этаже квартиры: «Мы там спим и проводим большую часть времени. Там же стоит «тревожная сумка» с документами, деньгами и минимальным комплектом одежды».
Жена Олега работает из дома, дети также сейчас находятся на дистанционном обучении. Сам мужчина продолжает ежедневно ездить на работу в соседний город. Несколько раз сирена заставала его в дороге: «Люди выходят из машин, ложатся на землю, прячутся под мостами, эстакадами, в тоннелях — ждут, пока тревога не закончится».
Завод, на котором работает Олег, выпускает мебель, но часть продукции подпадает под категорию «жизненно важной», поэтому производство функционирует в обычном режиме. У многих сотрудников нет возможности оставить детей дома, поэтому они берут их с собой. На заводе есть отдельная комната для детей, где они могут играть, а когда звучит сирена, вместе со взрослыми прячутся в убежище. При этом Олег отмечает, что паники ни у кого нет: «Конечно, все понимают, что идут обстрелы, есть напряжение, но люди гуляют по улице, магазины работают, все открыто, можно спокойно купить все необходимое без очередей и суеты».
Белорусы на Кипре собираются «на драники»
«До нас долетают, в основном, слухи», — говорит о ситуации на Кипре белорус Алексей. Мужчина живет в Ларнаке, куда пока не было прилетов. «У нас закрывали аэропорт и вводили какое-то особое положение, на въезде стояли усиленные полицейские патрули», — уточняет собеседник. Между тем, на фоне новостей он решил проверить ближайшие бомбоубежища, оказалось, что это либо «частная территория, либо какие-то парковки зданий», а не специально оборудованные сооружения.
«Нет ощущения, что что-то серьезное может прилететь. Хотя кто знает — британская военная база все-таки поблизости. Я уже не говорю про конфликт с Турцией. Неизвестно, чем закончится», — рассуждает Алексей. По его словам, атмосфера среди экспатов немного напряженная, однако кипрские белорусы собираются в ближайшие выходные «на драники», чтобы отвлечься.
Алексей говорит, что он с семьей находится на Кипре последний месяц, но это не связано с военной обстановкой, они давно готовились к переезду в Португалию. Белорус надеется, что их планам ничего не помешает.
«У кого паника, временно выезжают в Саудовскую Аравию»
«Я в Бахрейне уже почти 25 лет, он всегда считался спокойным регионом, который защищают американские базы — именно их атаковал Иран», — рассказывает белоруска Алла. По ее словам, обстрелы случаются каждый день, однако на повседневной жизни это почти никак не сказалось: «Все работает: торговые центры, банки. В супермаркетах есть товары, на заправках — бензин».
Жителям приходят оповещения о тревоге, есть списки шелтеров, где можно укрыться, но сама Алла предпочитает оставаться дома. Ее муж ежедневно ездит на работу, а она находится в вынужденном отпуске. «Я работаю гидом, у меня туристов нет. Получается, такой отпуск — не знаю, сколько он продлится», — объясняет она.
Алла говорит, что в Бахрейне живет немало белорусов. Они обсуждают ситуацию в локальных пабликах, и большинство, как и она сама, никуда не собираются уезжать. «У кого паника, временно выезжают в Саудовскую Аравию, но мы как-то спокойно к этому относимся», — добавляет собеседница.
«Видел несколько вспышек в небе, похожих на неудавшийся фейерверк»
«В субботу я видел несколько вспышек в небе, но это было больше похоже на неудавшийся фейерверк, чем на военную атаку», — рассказывает Константин. Мужчина около двух лет живет и работает в Дубае (ОАЭ).
Сейчас, по его словам, в городе ничего не происходит: «Были оповещения, общие рекомендации не выходить на открытые пространства, находиться внутри зданий. Локальные «прорывы» системы ПВО настолько несущественны, что не воспринимаются чем-то страшным. Я пару дней работал удаленно, а так больше ничего и не изменилось».
Константин говорит, что никакой паники и страха у него не было, «тревожный чемоданчик» он не собирал и не планирует, как и возвращение в Беларусь или переезд в другую страну.
