Российский суд заочно приговорил депутата де-факто парламента Абхазии Кана Кварчия к 10 с половиной годам колонии строгого режима по делу о разбое против граждан РФ. Дело связано со скандалом вокруг российских политтехнологов, которых местная оппозиция обвиняла во вмешательстве в выборы 2025 года. В Москве рассчитывают, что суровый приговор будет иметь «отрезвляющий» эффект для «заигравшихся».
Кан Кварчия – один из заметных представителей абхазской оппозиции. Он является депутатом де-факто парламента, ранее занимал должность и. о. главы администрации Сухуми, участвовал в войне начала 1990-х и возглавляет общественно-политическую организацию «Аидгылара». В 2020 году Кварчия регистрировал инициативную группу для участия в «президентских» выборах, однако вскоре снялся с кампании. В абхазской политике Кварчия известен как публичный критик действующих де-факто властей.Приговор Кану Кварчия вынес Центральный районный суд Сочи. По российской версии, в ноябре 2025 года он вместе с другими фигурантами напал в Сухуми на трех граждан России, применил против них физическую силу, использовал предметы в качестве оружия и похитил деньги и личные вещи.
Дело квалифицировали по статье о разбое в особо крупном размере. Суд назначил Кварчия 10 лет 6 месяцев колонии строгого режима. Кроме того, удовлетворил гражданские иски потерпевших на 1,78 млн рублей (около 24 тысяч долларов). Приговор вынесен заочно: российская сторона считает Кварчия скрывающимся от правосудия.
Политик по-прежнему находится в оккупированном регионе. Но появившись на территории России, незамедлительно будет арестован. По данным СМИ, в Москве не исключают и применения механизмов международного розыска и экстрадиции. Но учитывая специфику региона и наличие у Кварчия «депутатской неприкосновенности», в настоящее время такой сценарий сложно реализуем.
Прокремлевские паблики, называя оппозиционера «радикалом» и «русофобом», отмечают, что сейчас никто в регионе не собирается выдавать его российским правоохранителям: «Однако выезд за пределы Абхазии этому комедианту заказан. Кроме Грузии, конечно».
Инцидент, ставший основанием для уголовного дела, произошел 5 ноября 2025 года в Сухуми, в офисе газеты «Абхазский вестник». В оппозиции утверждают, что находившиеся там россияне в преддверии выборов скрыто работали на пропрезидентское объединение «Команда Абхазии». Консультанты из РФ участвовали в выпуске газеты, готовили агитки и координировали работу в поддержку провластных участников кампании.
Кварчия и несколько активистов пришли в офис, после чего российских граждан передали де-факто Службе госбезопасности Абхазии. Однако, как писали местные медиа, полноценного расследования их деятельности тогда не последовало: политтехнологов вывезли за пределы региона.
Позднее указанные лица обратились в российские правоохранительные органы. В РФ было возбуждено уголовное дело о разбое. Аналогичная линия появилась и в Абхазии: де-факто прокуратура завела дело по нескольким статьям, включая угрозу убийством, воспрепятствование осуществлению избирательных прав, грабеж и разбой.
По словам Кварчия и его сторонников, никакого разбойного нападения не было – лишь попытка пресечь незаконное вмешательство иностранных граждан в местный избирательный процесс. На заседании де-факто парламента оппозиционер говорил, что Абхазии не нужно навязывать, «за кого и как нам голосовать», а свои действия объяснял интересами страны.
«Мы, абхазское общество, сами решим, что нам делать, куда нам шагать, в какую сторону нам шагать».
По словам политика, в этом деле «пострадавшей» стороной стали абхазы. Их персональные данные «выдавались иностранным политтехнологам, и никто из правоохранительных органов не воспрепятствовал этому». Более того, местные власти только способствовали незаконным действиям политтехнологов.
«Люди приехали, вели себя как хотели, все документы им выдавались. Почему прокуратура поверила этим проходимцам, а не мне? Почему показаниям патриота, ветерана войны прокурор не поверил?».
В движении «Аидгылара», лидером которого является Кварчия, уголовное дело назвали сфабрикованным:
«Крайне возмущены заказным осуждением на 10,5 лет Кварчия Кана Валерьевича по вымышленному факту разбойного нападения на трех граждан иностранного государства, нарушивших законодательство Республики Абхазии и все мыслимые морально-этические нормы абхазского общества.
Ответственно заявляем, что подобная практика фабрикования уголовных дел на межгосударственном уровне, неизбежно нанесет непоправимый вред взаимному уважению и доверию между нашими странами».
Примечательно, что еще до уголовного дела Кварчия столкнулся с ограничительными мерами со стороны Москвы. В начале 2025 года его лишили российского гражданства. В Сухуми это решение обсуждали не только как персональную меру против одного политика, но и как часть более широкого конфликта вокруг тех представителей местной политической и общественной среды, которые критиковали действия Москвы и де-факто властей.
О «некоторых негативных проявлениях в отношении политических и общественных деятелей Абхазии» говорилось и в совместном заявлении гражданских организаций региона, опубликованном в начале июня – после сочинского приговора Кану Кварчия. В нем среди «необдуманных и скоропалительных решений» упоминается и лишение отдельных жителей Абхазии российского гражданства и признание их иностранными агентами «по надуманным политическим мотивам». Вердикт в отношении де-факто депутата они также назвали «политически мотивированным и несправедливым».
В связи с этим авторы призвали власти Сухуми «проявить принципиальность и принять исчерпывающие меры по защите прав граждан Республики Абхазия».
Ранее для привлечения Кварчия к ответственности местной прокуратуре нужно было добиться лишения его депутатской неприкосновенности. В марте 2026 года суд усмотрел в действиях «депутата» признаки угрозы убийством, после чего прокурор направил соответствующее представление в парламент. Тот, однако, отказался лишать Кварчия неприкосновенности: за снятие иммунитета проголосовали только три депутата, в то время как 23 выступили против, а четверо воздержались.
После этого абхазская линия дела фактически уперлась в депутатский статус Кварчия, но российское производство продолжилось.
Член Госдумы РФ Олег Матвейчев объяснил: «Мы ждали, что абхазская сторона накажет человека согласно собственным законам, то есть накажет преступника. Но поскольку у него был депутатский мандат, равно – иммунитет, а парламент отказался его лишить, судебный процесс не состоялся. Если бы он состоялся, однозначно, данный человек не был судим в России».
По словам Матвейчева, Москва не хочет создавать прецедент, когда преступление против россиян остается безнаказанным только потому, что «у кого-то где-то там есть какой-то местный депутатский мандат».
Похожее мнение высказал замглавы комитета Госдумы по делам СНГ Константин Затулин. В комментарии изданию «Взгляд» он заявил, что Россия не пыталась подменить де-факто судебную систему Абхазии, поэтому «ждала». Однако после отказа де-факто парламента снять с Кварчия иммунитет «другого выхода не оставалось». По словам Затулина, Москва «не бросает своих граждан» и «не может закрывать глаза, когда им причинен реальный вред».
«Прокуратура и Верховный суд Абхазии решения приняли, но парламент отказался снять с него депутатскую неприкосновенность. К моему глубокому сожалению, абхазское правосудие оказалось парализовано».
Затулин признал, что решение Сочинского суда было «суровым», но выразил надежду, что оно поможет другим депутатам де-факто парламента сделать соответствующие выводы:
«Надеюсь, он отрезвит тех, кто в каком-то смысле заигрался в Абхазии».
Ветеран и общественно-политический деятель Лаша Зухба считает, однако, что такие истории могут стать «трещиной фундамента», на котором основаны отношения между Москвой и Сухуми. В беседе с изданием «Окно» он назвал дело против Кварчия «политически ангажированным, с надуманным обвинением, имеющим целью устрашение не только нашего общества, но, возможно, и представителей органов государственной власти».
«Приговор Кану Кварчия – это приговор всем тем, кто борется за свою страну».
По словам Зухба, жители Абхазии связывают вердикт с активной гражданской позицией оппозиционера, поэтому и воспринимают вердикт Сочинского суда как внешнее давление.
