Экономика Грузии растет, доходы – не у всех: что стоит за оптимизмом Fitch

Экономика Грузии растёт быстрее прогнозов, а международные рейтинговые агентства улучшают оценки страны. Но за макроэкономическим оптимизмом скрывается другая картина: высокое неравенство доходов, слабый приток новых инвестиций и зависимость роста от внешних факторов. Почему успехи Грузии не одинаково ощущаются всеми и насколько устойчив нынешний подъём – в материале SOVA.

30 октября одно из крупнейших в мире рейтинговых агентств Fitch изменило прогноз по рейтингу Грузии со «стабильного» на «позитивный». Агентство ожидает, что в 2026 году экономика страны вырастет на 7,5%. Двумя неделями ранее Международный валютный фонд тоже повысил свой прогноз по Грузии – до 7,2%.

Впрочем, внутренняя статистика не вполне подтверждает оптимизм последних прогнозов: безработица в 2025 году, по данным Национальной службы статистики («Сакстат»), составляла 13,9%, а медианная зарплата была почти на 30% ниже средней – 1 531 лари до вычета налогов (меньше 600 долларов).

Fitch в своих рейтингах выставляет оценки по шкале от «AAA» для самых надежных заемщиков до «D» для объявивших дефолт. Рейтинги от «BBB−» и выше считаются инвестиционно пригодным уровнем, ниже – спекулятивным. От рейтинга зависит, под какой процент государство и местные компании могут занимать деньги за рубежом. Многие международные фонды и банки по своим правилам не могут вкладываться в долги стран ниже определенного уровня.

В своем последнем отчете Fitch вновь присвоила Грузии рейтинг «BB», который находится на две ступени ниже инвестиционного уровня, но улучшило прогноз по нему до «позитивного». Это значит, что агентство допускает повышение рейтинга в будущем. Основные аргументы: быстрое накопление валютных резервов, низкий дефицит текущего счета и высокие темпы роста ВВП.

Экономист Паата Шешелидзе, президент «Новой экономической школы Грузии», аналитического центра, выступающего за свободный рынок, относится к таким оценкам положительно.

«Они дают инвесторам информацию и побуждают правительства соблюдать бюджетную дисциплину. У правительств часто возникает соблазн получить немедленную политическую выгоду за счет увеличения расходов, переложив финансовое бремя на будущие правительства и налогоплательщиков».

Аналитик предупреждает: кредитные рейтинги не стоит путать с индексами экономической свободы. Рейтинги оценивают, вернет ли государство долги. Индексы свободы оценивают другое: права собственности, вмешательство государства в экономику, налоги, регулирование и свободу предпринимательства.

Международными оценками, отмечает Шешелидзе, пользуются все правительства страны.

«Рейтинговые агентства тоже могут ошибаться. Поэтому важны их независимость, конкуренция между ними и качество методологии. Главную пользу Fitch я вижу в том, что агентство выявляет финансовые риски. Это дает правительствам дополнительный стимул соблюдать бюджетную дисциплину», – говорит экономист.

Бывший президент Национального банка Грузии и экс-депутат парламента Роман Гоциридзе считает, что положительное заключение Fitch нужно рассматривать в динамике.

«Прогноз по кредитному рейтингу улучшился до позитивного, однако реальность сложнее, чем пропаганда властей. Пополнение внешних буферов и резервов – позитивное явление, но достаточно взглянуть на динамику: подобный рейтинг (BB Positive) у Грузии был еще в 2019 году. С тех пор оценка снизилась, в 2023 году снова вернулась к позитивной отметке, затем вновь снизилась и сегодня снова восстановилась. Эта зигзагообразная динамика ясно показывает, что страна не совершает фундаментального скачка, а вращается по одному и тому же кругу», – говорит Гоциридзе.

Главной причиной своего решения агентство Fitch назвало рост валютных резервов Грузии – запаса долларов, евро и золота, который хранит Национальный банк. Это – страховка страны, которая позволяет расплачиваться по внешним обязательствам, даже если валюты в страну поступает меньше. Резервы нужны и тогда, когда лари резко дешевеет. Нацбанк продает доллары для поддержания курса национальной валюты.

По данным Fitch, в сентябре 2026 года резервы Грузии достигли рекорда – 8,2 млрд долларов. Это на 2 млрд больше, чем в конце 2025 года. Для сравнения: в октябре 2024 года, накануне парламентских выборов, лари начал дешеветь. Чтобы удержать курс, Нацбанк тратил резервы – за один месяц они сократились на рекордные 627 млн долларов до 4,08 млрд. С тех пор запас вырос вдвое.

Агентство Fitch называет четыре причины такого роста. Первая – осторожная политика грузинского Нацбанка. Вторая – приток денег из-за рубежа. Третья – доверие к лари (по оценке агентства, жители Грузии стали охотнее хранить сбережения в национальной валюте). Четвертая – страна стала меньше тратить за рубежом сверх того, что там зарабатывает. Экономисты называют эту разницу дефицитом текущего счета. В 2024 году он составлял 5,1% ВВП, в 2025 году – 2,9%. В 2026 году, по прогнозу Fitch, он сократится до 1,5%.

Рост экономики и госдолг

В 2026 году реальный валовой внутренний продукт Грузии вырастет на 7,5% – еще одна оценка от Fitch. В 2023–2025 годах, по данным агентства, экономика страны увеличивалась в среднем более чем на 8% в год.

Шешелидзе связывает нынешний рост прежде всего с российско-украинской войной, из-за которой изменились торговые маршруты в регионе, а вместе с ними и потоки денег, грузов и людей. У Грузии, по словам аналитика, появились новые экономические возможности.

По оценке «Сакстата», в январе–сентябре 2026 года экономика выросла на 7,4% по сравнению с тем же периодом прошлого года.

Кроме того, за девять месяцев Грузия экспортировала товаров на 6,15 млрд долларов. Это на 19,6% больше, чем годом ранее. При этом важно, что около 39% экспорта составил реэкспорт – товары, которые ввезли из других стран и транзитом отправили дальше. «Это важная экономическая деятельность. Но общую стоимость экспорта не следует путать с добавленной стоимостью, которая реально создана в Грузии», – говорит Шешелидзе.

Доходы от туризма за те же девять месяцев составили 3,8 млрд долларов.

«Предприниматели заслуживают признания: они воспользовались этими возможностями, нашли новые рынки и создали новые услуги. Однако нужно отличать дополнительный доход от благоприятной международной обстановки и устойчивый рост производительности. Первый может быть временным. Второй требует сбережений, накопления капитала, технологического прогресса и свободной конкуренции», – объясняет экономист.

По его словам, рост в Грузии реальный, но это не значит, что нынешние темпы удастся сохранить. Само агентство Fitch ожидает, что в 2027–2028 годах рост ВВП постепенно замедлится примерно до 5%.

Роман Гоциридзе оценивает роль внешних факторов более скептично:

«Главный двигатель этого роста и накопления резервов – начатая Россией война в Украине, вызванные ею миграционные и финансовые потоки и косвенная экономическая поддержка России со стороны Грузии, которая частично выражается в обходе санкций. Выдавать «успех», вызванный временными внешними факторами, за политический триумф – это просто введение общества в заблуждение, тем более когда эти «успехи» в ряде случаев иллюзорны, а результаты экономического роста не отражаются адекватно на гражданах Грузии».

По прогнозу Fitch, в 2026 году государственный долг Грузии снизится до 32% ВВП. У типичной страны с рейтингом «BB» он составляет 52%.

Еще один показатель – дефицит бюджета, то есть это разница между тем, сколько государство тратит, и тем, сколько получает. Он не должен превышать 3% ВВП. По оценке Fitch, Грузия остается заметно ниже этого предела. В майском отчете агентство оценивало дефицит за 2025 год в 1,4% ВВП.

Шешелидзе напоминает, что в 2004 году Грузия реструктуризировала свой долг. С тех пор страна исправно платит по обязательствам. По словам экономиста, от этого выигрывает и бизнес. Если государство считается надежным заемщиком, компаниям проще получить деньги на выгодных условиях.

«Однако бюджетная устойчивость и экономическая свобода – не одно и то же. Правительство может исправно платить по долгам и при этом ограничивать конкуренцию и раздавать экономические привилегии».

Экономист обращает внимание: хорошие оценки агентств пока не привлекают новых инвесторов. По его данным, в первой половине 2026 года прямые иностранные инвестиции сократились примерно на 22% по сравнению с прошлым годом. Кроме того, в 2025-м 82,5% всех иностранных инвестиций составили не новые вложения, а реинвестированная прибыль. Это деньги, которые уже работающие в Грузии компании снова вложили в свой бизнес.

Какие риски видит агентство

Fitch называет три основных риска для рейтинга Грузии.

Первый – внутриполитическая поляризация. Оппозиция не признала итоги выборов-2024 и бойкотирует работу парламента. Для рейтинговых агентств политическая нестабильность важна, поскольку она напрямую влияет на финансы страны. Именно из-за роста политических рисков в 2024 году Fitch дважды ухудшал прогноз по рейтингу Грузии.

«Проблема не в том, что существуют разные политические мнения, а в государственном контроле над экономикой. Желание удержаться у власти может вести к покровительству отдельному бизнесу, раздаче привилегий или давлению на независимых предпринимателей. Тогда вложение денег становится политическим риском», – объясняет Шешелидзе.

По словам экономиста, инвесторы должны защищать свою собственность и вести бизнес, не завися от благосклонности правительства. Иначе они потребуют большей доходности за дополнительный риск. Или вложат деньги в другую страну. Предприниматели же тратят силы на поддержание политических связей, а не на работу с клиентами.

В этом контексте Шешелидзе напоминает о ноябрьском докладе Еврокомиссии. В нем говорится о концентрации власти и проблемах с верховенством права в Грузии.

«Главный политический риск – это среда, где успех зависит от расположения власти, а не от результатов предпринимателей и выбора потребителей».

Второй фактор риска по версии Fitch – остановка процесса вступления Грузии в Евросоюз. Статус кандидата Тбилиси получил в декабре 2023 года, но уже в 2024-м процесс фактически был заморожен.

Третий риск – валютный запас. Резервы Грузии достигли рекорда, но у стран с таким же рейтингом они обычно больше. Агентства считают, на сколько месяцев внешних платежей хватит запаса. В ноябре 2025 года резервы составляли 5,6 млрд долларов – их хватало на 2,8 месяца. У типичной страны с рейтингом «BB» этот показатель был на отметке 4,8 месяца. С тех пор резервы Грузии выросли до 8,2 млрд долларов. Но, по оценке Fitch, по этому показателю она все еще отстает от сопоставимых стран.

Почему рост чувствуют не все

Еще в майском отчете агентство Fitch указывало на грузинский рынок труда. Безработица в 2025 году оставалась высокой – 14%, что исследователи объясняли «структурными жесткостями» рынка.

«Рост ВВП не означает, что доходы у всех растут одинаково. Тем более он не гарантирует, что люди смогут покупать на свои деньги больше», – говорит Шешелидзе.

Доходы населения выросли, но разными путями. Зарплаты в госсекторе и пенсии зависят от решений по бюджету, в то время как зарплаты в частном секторе определяются прежде всего производительностью и конкуренцией. При этом по-прежнему остается проблемой инфляция, обесценивающая значительную часть прироста дохода.

По словам Пааты Шешелидзе, больше всего от роста экономики получают те, кто работает или вкладывает деньги в международную торговлю, транзит, финансы, IT и недвижимость. Во втором квартале 2026 года средняя зарплата в сфере информации и связи составляла около 4 400 лари, в финансовом секторе – 4 074 лари. В то же время в сельском хозяйстве прибыль составлял лишь около 1 500 лари.

Главной проблемой экономист считает не саму разницу в доходах, а то, как они зарабатываются. «Предприниматель, который преуспел на свободном рынке, добился этого, потому что удовлетворил спрос покупателей. Привилегированный бизнес может быть обязан успехом государственным контрактам, разрешениям чиновников или политическим связям», – говорит он.

В Грузии, по мнению аналитика, особого внимания заслуживает бизнес, который зависит от госзакупок и крупных инфраструктурных проектов. Политическое влияние не должно давать преимущество в конкуренции. «Важно не только то, кто сколько зарабатывает. Важно, есть ли у других такая же свобода пользоваться теми же возможностями», – отмечает Шешелидзе.

Чтобы рост экономики превращался в рост реальных доходов, нужны производительность, накопленный капитал и сильная конкуренция, отмечает эксперт. Выход он видит в пошаговой реформе, где важно соблюдать порядок.

1. Убрать политику из экономики. Государство должно владеть меньшей собственностью и раздавать меньше привилегий. Преференции по политическим мотивам нужно отменить;
2. Резко сократить госрасходы. Экономист предлагает полностью отменить субсидии производителям, сильно сократить госаппарат и перевести на коммерческую основу бюджетные учреждения, включая школы. Это нужно, чтобы снизить налоги и не разбалансировать бюджет;
3. Снизить налоги. Подоходный – с 20% до 15%, НДС – с 18% до 12%. Снижать налоги нужно одновременно с сокращением расходов, а не за счет новых долгов;
4. Передать больше денег и полномочий на места. Половина поступлений от подоходного налога и НДС, по предложению Шешелидзе, должна автоматически уходить в местные бюджеты. Тогда муниципалитеты будут меньше зависеть от решений центра и смогут конкурировать за бизнес – за счет местных налогов и условий;
5. Реформа денежной и банковской системы. Аналитик предлагает перевести лари на золотое обеспечение, допустить конкуренцию валют и пустить на рынок больше иностранных банков. Цель – чтобы людям было проще защищать свои сбережения;
6. Укрепить права частной собственности на землю и недра. Шешелидзе предлагает разрешить частную собственность на полезные ископаемые с правом ее передачи. Он также предлагает снять лишние ограничения на сделки с землей и ресурсами;
7. Сильнее открыть экономику для внешней торговли и инвестиций. Для этого нужно убрать оставшиеся барьеры, упростить выдачу лицензий и сильно ограничить свободу решений чиновников. По мнению экономиста, Грузия должна привлекать инвесторов экономической свободой, а не привилегиями для избранных.

«Государство не может лучше миллионов покупателей и предпринимателей знать, куда вкладывать деньги. Его задача – ограничить собственную власть в экономике, а не управлять ею».

По словам эксперта, Грузии не нужно, чтобы правительство управляло экономическим ростом. Напротив, нужно освободить экономику от политического контроля:

«Успех в экономике должен зависеть от выбора покупателей, а не от благосклонности власти».