Владимиру Путину нужны не умные и самостоятельные, а верные. И он нашел как повысить лояльность элит — замазать в военных преступлениях. Этот процесс буксовал, но теперь ускоряется, констатирует Иван Преображенский.
Кремль сменил руководство в двух прифронтовых с Украиной регионах. Главой Брянской областистал Егор Ковальчук, бывший глава правительства в оккупационной российской администрации Луганской области Украины (он еще должен подтвердить полномочия на выборах, но все понимают, что это формальность). Соседнюю Белгородскую возглавил генерал Александр Шуваев, участник российской полномасштабной агрессии против Украины. Синхронность этого решения лишь подчеркивает его общий символический смысл — оба они причастны к российским преступлениям на украинской территории.
Смена декораций
Слухи об отставке белгородского руководителя Вячеслава Гладкова и его брянского коллеги Александра Богомаза ходили уже несколько недель. И тем не менее — готов спорить, что о том, что они якобы написали заявления об увольнении досрочно «по собственному желанию», они узнали из новостей. Или по тому, как замолчали их телефоны. Кремль по таким мелочам, как формальности, давно не заморачивается.
Не секрет, что в российской системе власти увольнение без перевода сразу на новую должность похоже на смерть. Все про тебя мгновенно забывают.
Особенно это правомерно в отношении Гладкова. Если Богомаза Путин 15 мая хотя бы наградил орденом Александра Невского, показав, что его отставка если не почетная, то, по крайней мере, не приведет в самое ближайшее время к аресту, то бывший белгородский губернатор явно не в фаворе. Про него ходили настойчивые слухи, что он бесит силовиков слишком большой публичной активностью, а также рассказами о том, что отключения интернета и Telegram увеличивают опасность для людей в прифронтовой зоне.
В итоге Гладкова не спасло заступничество даже первого замглавы администрации президента Сергея Кириенко, ставленником которого, как говорят, был теперь уже бывший белгородский губернатор. Он слишком много заботился, даже если только на словах, про население — а в российской системе власти — это скорее минус, чем плюс. И теперь, наверное, молится, чтобы не оказаться за решеткой, как некоторые бывшие сотрудники его администрации.
Так или иначе, когда Кремлю понадобилось создать у населения ощущение позитивных перемен, другой схемы кроме известной по анекдоту «перестановки кровати в борделе» для Белгородской и Брянской области не придумали. Заканчивать войну Путин не собирается. Экономическая ситуация только ухудшается, вот все и сошлось на том, что если нельзя поменять условия жизни, то хотя бы можно поменять начальников.
Дрессировка элит
Таким образом, с практической точки зрения два региона вряд ли ждет какое-то улучшение ситуации. Но для Москвы важнее сейчас символический момент. Владимир Путин твердо держит курс на принудительную милитаризацию правящего класса. Довольно скоро после начала полномасштабной войны российской диктатор начал требовать, чтобы как можно больше так называемых «участников войны» занимали посты во власти.
Причем было заметно, что он не настаивает на том, чтобы это были те, кто реально убивал людей на фронте, как генерал Шуваев. Достаточно иногда было съездить на оккупированные украинские территории поработать, например, в так называемые «ЛНР» и «ДНР» или отсидеться в штабе за линией фронта, но получить «запись в трудовой»: участник «специальной военной операции», то есть агрессии против Украины.
Почему Путина устраивал и второй вариант? Очевидно, для него было важно, чтобы правящий класс поголовно (как крупный бизнес, от которого он требовал лично и добровольно финансировать войну) был, как это говорят о мафии, «повязан на крови», то есть организовать пресловутую «коллективную вину». Если преступны все, то шансов, что кто-то изменит, сбежит или предаст, почти нет. Никакого раскола элит не может случиться, если она вся инфильтрована условными «военными преступниками», а кто сам не убивал — все равно с ними сотрудничал на уровне одного рукопожатия.
И примеры Шуваева (бывшего военного) и Ковальчука (чиновник с оккупированных территорий) тут прямо нормативно иллюстрируют оба возможных пути «милитаризации» правящего класса.
Ускорение милитаризации
Российские элиты, впрочем, отвечали на это принуждение имитацией. Отчеты были красивые, а на практике «повязать на крови» их все еще не удалось. Бывший глава аппарата «Единой России» Андрей Турчак, недостаточно радевший о включении во власть «ветеранов СВО» уехал губернатором на Алтай, строить дачу Путину.
Но диктатор не сдается. И вот уже ходят слухи, что в новой Госдуме из 450 депутатов около сотни обязательно будут связаны с развязанной Путиным войной. Ну а в регионах, где меняется руководство, показательно назначают успешно «милитаризованных» сатрапов, как назывались правители провинций в древней Персии. Так что Путин от своей идеи явно не отказывается.
Автор: Иван Преображенский, кандидат политических наук, эксперт по Центральной и Восточной Европе, обозреватель ряда СМИ. Автор еженедельной колонки на DW. Иван Преображенский в Facebook.
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.
